- Ты как вообще в лесу-то оказалась? – протягивая ей эмалированную кружку с горячим бульоном, поинтересовался Михаил.

- Как я тут оказалась?... Я… Я понятия не имею…

Глава 5

- Что, ты вообще ничего не помнишь?

- Я помню… Я – Вика… Черт! Я не помню! А что, если я даже и не Вика?! – и вот тут Викторию накрыла волна настоящей, жутчайшей паники.

- Ну, доберешься до полицейского участка, там, если ты числишься с списках пропавших, тебя идентифицируют, не переживай. Ну, отпечатки возьмут. Хрен знает, может, у тебя приводы были, - хмыкнул Михаил.

- Приводы? Какие приводы?

- Ну, может ты у нас дамочка криминальная? С подельником чего-нибудь не поделила, он и столкнул тебя с обрыва к чертовой матери.

- Нет! Такое не может быть!

- Откуда ты знаешь, если не помнишь?

- Ниоткуда…, просто мне кажется, что это бы как-то во мне отзывалось… Хотя, может быть, и нет…

- Ну, нет. Я думаю, что что-то знакомое должно в тебе отзываться. Я одного контуженного помню, он даже имя вспомнить не мог, а автомат с закрытыми глазами разбирал-собирал. А другой тоже после ранения в голову ни черта не помнил, но как только кто-то запел: «В Вологде-где-где, в Вологде где», сразу сказал, что он из Вологды сто процентов. Так и было. В твоей голове есть ответы на все вопросы, нужно только ассоциации подобрать.

Вика смотрела на Михаила, слушала, что он говорит, и с удивлением отмечала, что он способен на весьма дельные размышления.

- Архангельск. Петрозаводск. Вологда. Москва. Питер. Тверь. Новгород, - перечислял он на авось самые крупные города, откуда здесь чаще других бывали отдыхающие.

Вика молча зависла где-то на минуту, а потом произнесла: «Кажется, Питер… Я маленькая с отцом у Исаакиевского собора… Он весь в черном и крепко держит меня за руку… А я…, я плачу, а он…. Он говорит, что мы должны зайти и проститься…»

На глазах у Вики невольно выступили слезы, словно она окунулась в боль той маленькой девочки.

- Есть такой собор? – не желая погружаться в воспоминания дальше, спросила она.

- Есть…, - кивнул Михаил.

- Наверное, я пока ничего больше не хочу вспоминать, - покачала он головой и опустилась на подушку. – Я устала.

Вика отвернулась к стене и прикрыла глаза, хотя спать ей совершенно не хотелось.

«А что ,если у меня только такие воспоминания? Что, если вся моя жизнь была наполнена болью, и я сама скинулась с этого обрыва, и никто меня никуда не толкал?» - испуганно размышляла она и не понимала, нужна ли ей ее память.

Вика сама не заметила, как окунулась в сон, а когда проснулась утром, Михаила уже не было, зато рядом лежала записка: «Ушел в поселок. Буду вечером. Пей бульон». На стуле у ее кровати стояло две кружки со свежим бульоном. Вика невольно улыбнулась."

"«Интересно, а чему я радовалась раньше? Надеюсь, не теплой жиже в кружке?» - усмехнулась она.