Значит, дело во мне, так?

Я решилась подать голос, чтобы убраться из эпицентра набирающего силу скандала:

- Простите, ректор, магистр, можно я пойду?

Дансмор вздрогнул, как будто уже забыл о невольном свидетеле и, взяв со стола Кьяртона папку, протянул мне:

- Отнеси моему секретарю.

Кивнув, я взяла папку, прижала к груди и пулей вылетела из кабинета. Едва за мной закрылась дверь, как до моих ушей донеслась отборная брань. Впрочем, она слишком быстро стихла.

Кабинет ректора располагался в другом конце коридора. Я прошла почти половину пути, как вдруг в голову пришла отчаянная мысль.

“Если адепт отчислен, то можно посмотреть за что именно?” - вкрадчиво шепнул мне внутренний голос. - “Никто же не запретил мне заглядывать внутрь. Только донести до кабинета.”

Поддавшись шальной мысли, я огляделась по сторонам, раскрыла папку и едва сдержала радостный крик!

“Шахтал Закияр, земной мир, восемнадцать лет. Отчислен за кражу драгоценных камней из кабинета алхимии и последующую продажу в Горинске.”

Но не это меня взволновало.

Дрожащим пальцем я вела по строчке, что располагалась над подписью Кьяртона:

“Отбытие в земной мир через портал номер три.

Шестой день недели, девять часов вечера.”

И адрес! Там был адрес портала, который находился в Горинске!

- Ну всё, подлый дракон-гипнотизёр, - возбуждённо прошептала я, держа в руках папку, как великую драгоценность. - Мне пора домой.

Глава 41

Ожидание выходных было невыносимым. Несмотря на то, что я для себя уже всё решила, занятия и домашку никто не отменял.

Как назло, у меня всё лучше и лучше получалось работать со стихией. Лаэры на уроках меня сдержанно хвалили, Руперт подсказывал нюансы, которые я, в силу земного происхождения не понимала.

Я же в свою очередь помогала Олесе найти общий язык с Гэрольдом Нивэном Третьим."

"Правда, Третий-Шестой был недоволен. Помня о том, что мы изображали расставшуюся парочку, я гоняла к нему соседку с записками по самым ерундовым поводам. Первые пару дней ненаследный принц сдержанно улыбался Лесе, внимательно читал содержимое моих записочек, писал ответ и перекидывался с довольной девушкой несколькими ни к чему не обязывающими фразами.

Однако на четвёртый день, когда мы встретились на месте нашей с Кьяртоном “дуэли” после занятий, золотой дракон в ультимативной форме заявил, что лучше не будет со мной общаться, зато терпеть назойливых прилипал тоже не будет.

Мы приняли экстренное решение “внезапно помириться” и даже позволили обнаружить себя в нашем укрытии нескольким драконам с боевого факультета, однокурсникам Гэри. Слухи о наших с ним отношениях вяло возобновились, но интереса ни для кого уже не представляли.

Ночь перед днём “икс”, как я его назвала, прошла для меня беспокойно.