Развернувшись лицом к Райану, чуть не вскрикнула от изумления - из его глаз наружу рвалось чёрное пламя, чешуя на лице почернела, но не это меня поразило - за его спиной материализовались огромные, сложенные крылья. Чёрные, как сама ночь.

- Саана, - из его рта вылетело змеиное шипение и рука, больше похожая на лапу с длинными острыми когтями, потянулась к моему лицу.

В панике оглядевшись по сторонам, я увидела графин с водой на столике справа, схватила его и выплеснула содержимое в лицо, точнее морду дракона. Перепуганная, дрожащая от страха, я вжалась в стену.

“Только бы он меня не убил”"

"Сердце неистово колотилось. Я закрыла глаза, ожидая, что за эту дерзкую выходку меня ожидает ужасное наказание. Но ничего не происходило…

Приоткрыв один глаз, я увидела Кьяртона в его человеческом обличии. Магистр тяжело дышал, а с его волос и лица капали на пол крупные прозрачные капли.

Вроде бы обошлось. Чёрт, до сих пор страшно.

- М-магистр-р, - запинаясь пробормотала я. - Прошу вас, уберите её, я не хочу быть никакой сааной, ничьей истинной и вновь переживать подобный кошмар! Снимите и забудем об этом жутком недоразумении.

Райан прошёл к столу, опёрся двумя руками о край столешницы и, не глядя на меня, повторил:

- Метка ставится раз и навсегда.

- Но я не хочу быть вашей истинной! - в отчаянии воскликнула я, чувствуя, как тело содрогается крупной, ледяной дрожью.

В мыслях я надеялась, что это лишь страшный сон, и я вот-вот смогу проснуться.

- А чего ты ещё не хочешь? - злобно усмехнулся магистр, глядя в одну точку.

- Во-первых, я человек, а не дракон. Во-вторых, я не местная. Я хочу сама выбирать, с кем мне быть и кого любить, а не подчиняться какому-то неведомому решению!

- Уже не можешь.

- Не могу что? - меня как будто с головой накрыло ледяной волной.

- Выбирать, - сухо ответил чёрный дракон. - Таковы законы этого мира. Такова магия. Это тебе не земной мир. Ты - моя, нравится нам это или нет.

- Не нравится! - протестующе возразила я, на что Кьяртон, хлопнув ладонями по столу, рявкнул:

- Мне тоже!!!

От его внезапного крика захотелось провалиться под землю. Стать муравьём и спрятаться за плинтусом.

С горящими глазами он подошёл ко мне, схватил за подбородок и грубо задрал мою голову, заставляя смотреть на него снизу вверх.

- Думаешь, я этому рад? Я опозорен! Моя истинная - малолетняя соплячка! Жалкая человечка! Слабая, беззащитная… - его голос сочился таким ядом, что если бы был хоть капельку материальным, я бы уже валялась у его ног отравленная и бездыханная.

Но грубые слова, вылетающие из его рта, сделали своё дело.