"

"Но успокаивая себя тем, что Лисянскому сейчас до Марка не добраться.

Ну что такого Игорь может рассказать? Марк, собственно в курсе, как мы с Лисянским расстались. Вряд ли он поверит ему.

Однако, на душе неспокойно. Меня терзают дурные предчувствия.

Набираю Марка.

Не отвечает.

Накрутив себя за какие-то полчаса, я не выдерживаю и судорожно звоню Лисянскому.

Игорь в отличие от Марка берёт трубку сразу.

С первых же секунд становится понятно, что он пьян. На заднем фоне играет музыка, совсем рядом слышно женский смех. Сделал мне нервы, а сам развлекается!

— О! Кто нам позвонил! — тянет издевательски Игорь.

— Какого хрена ты лезешь в мою жизнь?

— А почему бы и нет? — делано удивляется он. — У тебя там людно: одним мужиком больше, одним меньше.

— Что ты несёшь? — поражаюсь я.

— А что не так? Ты явно крутишь с Раевским за спиной жениха.

— Ты меня с собой не путай! — меня начинает потряхивать от злости.

Во-первых, не Игорю меня упрекать, а во-вторых, не его это собачье дело! Могу гарем завести, если захочу, никаким боком его это не касается!

— Мне-то можешь не заливать, — усмехается Лисянский в трубку. — Все равно не поверю. Ты с ним спишь, иначе с чего бы Раевский сегодня так настойчиво объяснял мне, что рядом с тобой мне делать нечего?

Внутри меня что-то трепещет при этих словах, но я задавливаю этот трепет в зародыше усилием воли.

— Меня, наверное, пожалел. Ты же не слушаешь, что я тебе говорю. Судя по всему, Олега тебе пришлось выслушать.

Какого хрена я еще перед ним объясняюсь? Надо бросать этот никчемный разговор. Но я не успеваю сбросить звонок, и следующие слова Игоря заставляют меня уделить беседе больше внимания.

— Ты, что, думаешь, что никто вас с Раевским не видит? И все шито-крыто? Я ещё в ресторане обратил внимание, как он тебя вывел, когда меня носом по земле возили. И тогда на съёмках Раевский руки распускал, а ты стояла, как будто так и надо. Так что, Элечка, не будь такой наивной. Вас спалили. Я видел, как он тебе подвозил.

— Что за детский сад? — нервничаю я. — Ты меня тоже подвозил. Только между нами ничего нет.

— Это-то и обидно, Элечка. Всем что-то перепадает, но не мне. Не хорош я стал для тебя? Посостоятельней любовника нашла?

— И что? Ты решил меня задолбать, чтобы я тебе дала, хотя бы для того, чтобы ты отвязался?

— А дашь? — заинтересовывается Лисянский, впрочем, довольно ни искренне. Не удивлюсь, если он сейчас чью-то коленку наглаживает. — Но я так думаю, что надо открыть человеку глаза. Твоему жениху я думаю будет интересно, по какой причине организовалась его срочная командировка. Тебе просто нужно было беспрепятственно трахаться с Раевским, а твой-то небось с тебя пылинки сдувает. Верная женщина, монашка, идеал…

— Ты — скотина! Он тебе не поверит! — меня уже просто трясет.