— Нет, так дело не пойдёт! — сказал я, снимая прожжённую одежду и аккуратно обрезал ножом места, куда попала кислота.

С сожалением посмотрев на испорченный нагрудник, я положил его в рюкзак и поспешил к соратникам.

— Нет, я не хочу больше сражаться с этими тварями! — со злобой сказал я. — Их легко убить, но кислота — настоящая проблема.

— Понимаю тебя, — кивнул Илин, разглядывая повреждённую броню. — Для таких врагов нужен маг с барьерными заклинаниями или особый класс воителей с повышенным сопротивлением. У нас таких бойцов нет, поэтому мы в невыгодном положении.

Зара выглядела расстроенной:

— Жаль, что я не могу создавать барьеры.

— Твои заклинания и так потрясающие, — я успокоил её, погладив по голове. — Давай найдём врагов попроще.

Поблизости оказалось ещё одно логово монстров, где были более подходящие противники — скелеты. С нежитью невысокого уровня мы точно справимся. Шипы маны Зары хорошо уничтожали врагов, Илин разносил скелетов в щепки своими мощными ударами. Я же использовал момент, чтобы отработать приёмы с кинжалами и улучшить свои боевые возможности. Лук, конечно, хорошее оружие, но я должен уметь сражаться и в ближнем бою.

Скелеты были распространённым врагом в регионах, где жило и погибало много людей, а трофеи с них были отличными реагентами. Кости покупали алхимики для зелий и экспериментов, а пыль использовали священники в храмах. Я даже не хочу знать, как именно они её используют.

После зачистки очередного логова монстров стало быстро темнеть, да и сил у нас осталось не так уж много. Ближайшую округу мы вычистили, и ночью могли не опасаться внезапных нападений, тем более пламя костра вполне надёжно защищало нас от нападения обычных монстров. Пока Илин разводил огонь, мы с Зарой занялись установкой палаток, а затем все вместе стали готовить ужин, повесив над костром котёлок. Сегодня хотелось поесть горячей похлёбки.

Насладившись горячим ужином, мы с Зарой остались у костра обсуждать прошедший день, а Илин, пожелав нам спокойной ночи, отправился в свою палатку и погрузился в глубокую медитацию. Он продолжал ей заниматься каждый вечер. Мы с Зарой пробовали для интереса повторить, но у нас ничего не получилось. Но у медитации нашего монаха был огромный плюс. Если его жизни или здоровью не угрожала опасность, он полностью отключался от мирского. Даже когда ему в ухо кричали матерные частушки, в себя монах не приходил. Проверено.

Зара подошла к Илину, убедилась, что он действительно погрузился в свою глубокую медитацию, и, поманив меня за собой, буквально проплыла в нашу палатку, сексуально покачивая бедрами и виляя аппетитной попкой.

Ну держись, чёртовка! Я ворвался в палатку и буквально набросился на свою подругу.