Со мной Николай.

Увидев в его руке сумку с разными пакетами, Транквиллинов распорядился:

— Ваня, положи продукты. Вы с Николаем поступаете в распоряжение Владимира Фёдоровича. У него появилась необходимость вас допросить. После того как вы ответите на его вопросы, начнёте по очереди с Николаем охранять меня в палате.

Провоторов передал Транквиллинову сумку с продуктами и вместе со следователем покинул палату."

"Оставшись без посетителей, Транквиллинов замком сцепил пальцы рук за головой, откинулся на подушку и задумался: «Мои подозрения оправдались. В столкновении грузовика с „фордом“ не было никакой случайности, как не было случайным знакомство со мной Ксении. Я кому-то стал не угоден, и кто-то хочет от меня избавиться. Заказные убийства банкиров и промышленников стали обычным явлением в нашей стране. Именно поэтому я и вынужден был поехать на отдых с телохранителями. Только за три месяца прошлого, 1997 года в Питере были убиты начальник Комитета по управлению госимуществом Приморского района Александр Маймула, директор Ленинградского порта Евгений Хохлов, вицепрезидент топливно-энергетической компании „Нестле“ Валерий Мандрыкин и вице-губернатор Михаил Маневич. Ни одно из этих преступлений работники правоохранительных органов не раскрыли и вряд ли когда-нибудь раскроют. Всем известно, кого из крупных руководителей убили, а сколько в городе за этот небольшой промежуток времени было убито рядовых граждан, мне даже представить трудно. Поэтому чьето покушение на мою жизнь сенсацией не назовешь. Интересно, кому я помешал? Что толкнуло моих недоброжелателей пойти на такой отчаянный шаг? При моей работе не иметь врагов и недоброжелателей — просто смешно думать… И тому есть определенные причины. Если не обходить и не нарушать закон, то большинство коммерческих банков станут нерентабельными и вылетят в трубу. Ну смог я с помощью, Анатолия Борисовича почти за два года прокрутить в своем банке больше триллиона рублей. Навар получился в миллиарды рублей. Боже мой, сколько слетелось стервятников делить пирог! Среди них были те, кто к прокрутке денег не имел совершенно никакого отношения. Они требовали свою долю на том основании, что могли бы помешать мне и не дать в полную меру возможности прокрутить бюджетные деньги. Но не сделали этого. Самые настоящие наглецы! Все равно, чтобы не портить на будущее отношений с сильными мира сего, мне пришлось отстегивать им приличные суммы. А сколько из них при этом посчитали себя обделенными? Если учесть, что в нашем банке ежегодно осуществляются тысячи разных операций, правда, меньшего масштаба, то можно только гадать, какому огромному количеству клиентов, чиновников я не угодил и сколь многие из них хотели бы причинить мне горе, боль.