— Так или иначе, у нас выкупили почти все бубли! Причем это сделал Булатов! Он оставил нам всего один, и цена на него теперь огромна! — воскликнул кто-то из операторов. — Что делать, председатель? Булатов теперь главный держатель валюты, а не мы!

— Гм… — задумался тот. Всё-таки ситуация неприятная и нельзя ни в коем случае допускать дефицита валюты. Да и стоимость бубля стала действительно неприличной, такого тоже допускать не стоит. — Тогда мы используем право перевыпуска, — нахмурился он. — И поставь запрет на Булатова, чтобы он снова ничего не выкупил и только продавать мог.

Этот процесс любой нормальный человек назвал бы грабежом. Грубо говоря, банк имеет право выпустить чужую валюту, при этом обязуясь в дальнейшем выкупить ее по рыночной цене. Таким образом можно попросту обрушить ее цену и потом выплатить сущие копейки. Многим это не нравится, вот только никто не может ничего сделать. Всемирный банк слишком прочно занял свое место и потому остается только мириться. Ну и он не так уж часто пользуется своими грабительскими протоколами, побаивается крупных и сильных стран.

Курс начал стремительно падать, но до прежнего уровня так и не добрался. Прошли секунды, и падение перешло в рост, а цена за один бубль пробила прежний потолок и устремилась куда-то в бесконечность. А в итоге даже последний экран погас, наотрез отказавшись работать и показывать всё это безумие.

— Так… — спустя минуту тишины проговорил один из служащих. — А теперь что будем делать?

— Вы что, не поставили запрет на Булатова? — сжал кулаки председатель.

— Нет, он даже не пытался ничего покупать. За него чуть ли не дрались на биржах люди со всего мира и до сих пор дерутся, но у нас не осталось запасов, — развел руками тот. — Вопрос прежний, что нам делать, председатель? Выпустить еще одну резервную копию?

— Увы, но этого мы уже не потянем. Нам еще как-то отдавать прошлый займ, — помотал он головой. — Но зато я знаю, что надо делать.

— И каков же выход? Вы всегда придумываете гениальные планы, я в вас верю! — поддержал его заместитель. Собственно, он только поэтому заместителем и стал.

— Всё элементарно, — пожал плечами председатель. — Мы просто закрываем банк.

Императорский дворец

Рабочий кабинет Императора

То же время

— Где сто бублей? — в комнату ворвался старик и схватил сына за ворот одежды. — Где сраная шкатулка? Куда ты ее засунул?

— Что такое? Ты чего, отец? — опешил Александр. — Что происходит?

— Где бубли, я тебя спрашиваю? — продолжил рычать он.

— Да не знаю я! Может, выкинул, может где-то валяются!

— Ищи! Прямо сейчас! Это теперь наша пенсия! — не унимался старик.

— Может, твоя? — на всякий случай уточнил Саня, ведь ему до пенсии пока далеко.