Он телом выбил не только окно, но и часть каменной кладки. В крошево! Собой. Мысли я в таких ситуациях контролировать не могу. В голове проносилось: «Воу. Держи меня!», «Как страшно!» и «Хочу такой доспех».

Мы полетели вниз в ареоле разлетающихся цветных стекол. Кричать почему-то не получалось, я только судорожно глотала воздух и таращила глаза.

Удар о землю. Я охнула, надеясь, что дернувшаяся голова не отломается и не оторвется. Но мой жених лишь присел во время приземления, группируясь, и тут же выпрямился, бросаясь бежать.

Из рук он меня не выпускал и, несмотря на по-прежнему болтающуюся голову, это было отличным решением. Потому что, кажется, у меня от страха отнялись ноги. Я лучше так, на ручках… у него явно есть план. «Никогда не становись между мужчиной и его целью», — говорил папа. А я очень, очень послушная дочь. Только какого беса он выкинул мое обручальное кольцо?

Но губы сказали совсем другое.

— Яя! — прохрипела я.

Глава 23

Большому кораблю — быстрое плаванье"

"Нобиль сосредоточенно несся, по-прежнему почти полностью скрытый подозрительно живым доспехом. Тяжелые ботинки, обитые железом, громыхали по мостовой.

Наше торопливое отступление было замечено выскочившими на улицу жителями. Но вопросов никто не задавал и остановить Скалу не пытались. Наоборот, при виде бегущего офицера местные жались к обочине и отводили взгляды.

За нами трещал замок. Неслись душераздирающие крики, шипение, что-то пронзительно свистело и шумно падало.

Обычно я бегу «К» месту опасности для людей, а не «ОТ». Выглядело так, словно это мы разрушили крепость местного Лорда, а теперь улепетываем как угорелые, пока нас не догнали. Хотя, о чем это я. Именно мы и разрушили.

— Осколок развалится? — осторожно спросила я на всякий случай, не ожидая ответа. Разговоры на Осколке подслушивались Хозяином, и хотя нынче он был несколько занят ремонтом замка, вдруг Лорд любит делать несколько дел одновременно…

— Точечный пробой, — все-таки ответил Камачо, — самое страшное — это то, что ты уже видела. Скоро все опомнятся.

Он уже бежал по деревянным мосткам порта, все ближе к странным плоским кораблям, к которым я вчера так и не решилась подойти ближе. К краю, за которым плескался Хаос.

Здесь, в изогнутой месяцем бухте заканчивалась твердая земля и начиналось переплетение мосточков.

— Зови ее, — меня поцеловали в висок и поставили на ноги.

— Я…? — недоговорила я.

— Да.

Эм. Неожиданно, но тянуть я не стала.

— Яя! Яечка!

— Пошли поближе.

Нобиль легко пробежался по тонкой доске, опасно захрустевшей под его весом. И спрыгнул на палубу небольшой лодчонки, чудом удерживающейся на полупрозрачном облаке… из ничего.

Я шало глянула вниз. Мама дорогая! Что-то клубится, но больше всего это похоже на пропасть наоборот.