— Ты без плаща…

Это вопрос или утверждение?

— Д-да, — произнесла запинаясь, — сегодня нет дождя, и вечер теплый… Совсем летний…

Я почти не следила за тем, что говорю, настороженно и чутко ловя движение его пальцев. Они добрались уже до ключиц и теперь чертили там какие-то одному высшему ведомые узоры.

— Летний… — протянули у самого уха, и волос коснулось теплое дыхание, а руки легли на шею и обхватили ее, ласково поглаживая. — В такие дни хорошо гулять, не так ли? Бродить по улицам, улыбаться солнцу, ловить восхищенные взгляды мужчин. Ты любишь гулять, Элис? Скажи мне…

— Любила… когда-то.

Теперь не до прогулок, — Не пойму, чего он добивается. И вообще, какой-то странный разговор у нас получается. — А взгляды мужчин меня никогда не интересовали. Если помните, до недавнего времени у меня имелся жених.

— А сегодня?.. Что тогда ты делала сегодня на площади перед дворцом? Зачем туда пришла? — Поглаживания прекратились, и пальцы на моей шее напряглись, еле заметно впиваясь в кожу.

Так вот он о чем.

— Сегодня мы со служанкой ходили на рынок за покупками. Я не собиралась ни бродить, ни улыбаться, ни, тем более, кого-то восхищать.

Я вообще не ожидала, что встречу там вас и ваших… друзей.

Вдруг стало обидно. Дернулась, выкручиваясь из его ладоней, и неожиданно для самой себя выпалила:

— Мне не нравится, что вы… ты стоишь сзади.

Рывок — и меня развернули, вскинули, впечатывая спиной в стену.

Тьма обступила со всех сторон, положила руки на плечи, прижалась твердым телом, обдавая холодом и жаром одновременно, кружа голову пряным ароматом. Тьма пахла осенью — терпкой, пьянящей, свежей. Кострами из листьев, дождями, прохладой, дубовой корой.

— Так лучше? — прошелестело у губ.

Определенно, нет. Я по-прежнему ничего не видела, и это, удивительным образом, обостряло все чувства. Сбивало с толку и завораживало. До мурашек по коже, неровного дыхания и боли в груди.

— Отпусти…

— Нет, — усмехнулась тьма. — теперь нет. Мы подписали договор, помнишь?

Еще бы не помнить. Уронила руки и послушно застыла. Значит, это случится здесь и сейчас? Что ж… Я, конечно, рассчитывала на спальню, как и полагается в приличном обществе. Но где маги — и где приличия… В любом случае, сопротивляться не стану.

Высшему моя покорность почему-то не понравилась.

— Страх… Опять страх… — хмуро произнес он, отстраняясь. — Его тоже боялась?

И я как-то сразу поняла, что речь идет о том маге, что остановил меня на площади.

— Его больше, — призналась честно. — Намного.

— О чем вы разговаривали?

— Он спросил, как меня зовут…

— Потом?

Вопросы сыпались один за другим — четкие, резкие, царапали кожу острыми краями, и я старалась отвечать так же быстро и кратко.

— Сказал, что я забавная и не похожа на других.