До этого момента в нашей квартире не было слышно громкого мужского баритона.

— А как же садик?

— Мы решим этот вопрос, — голос Адама спокойный и невозмутимый."

"— Я не хочу другой садик, — Ваня выходит из комнат, озадаченно почесывая затылок. — А футбол?

— И с футболом разберемся, — отвечает Адам. — Маму разбудил? Или мне идти ее будить?

Глава 18. Злая мартышка

— Ой, хочу спать, — падаю на кровать и накрываюсь одеялом.

Ваня заглядывает в комнату, хмурится и жует губы, а затем орет:

— Папа! Иди будить маму! Меня она не слушается!

Уходит, недовольно и громко шлепая босыми ногами, и бурчит:

— Не слушается.

— Сейчас разберемся.

Адам заплывает в комнату, и я сажусь, злобной змеей прошипев:

— Дверь закрой.

— Даже так? — вскидывает бровь, ухмыляется и закрывает дверь с тихим щелчком делает шаг. — Только нам нельзя шуметь.

От него веет сладкой ванилью.

— Ты какого черта тут устроил? — встаю я, игнорируя его улыбку.

— Завтрак, — щурится. — Сытный сладкий завтрак.

— Переезд? — сжимаю кулаки. — Все-то ты в одно рыло тут решил…

— Район так себе, квартира маленькая…

— Хороший район, — цежу сквозь зубы я. — И квартиры нам этой за глаза хватало, пока ты тут не прилетел…

— А я вот прилетел, Мила. И это логичное развитие событий, что мой сын будет жить в моем доме, и его мать тоже, потому что он любит тебя и папа без мамы уже не так весело.

— Весело? — вскидываю бровь. — Так для тебя сын — это что-то из разряда веселья?

— Согласись, ты тут даже поскандалить и покричать не можешь, пренебрежительно смеется. — Стены тонкие и все слышно.

— Прекрати паясничать, — глухо рычу я. — Какой к черту переезд?! И дело не в квартире, Адам! А в том, что у него тут садик, кружки…

— Был я в вашем садике, — усмехается. — И на футболе. Мне не понравилось.

— Тебе не понравилось?! — охаю я. — Тебе?!

— Да, — пожимает плечами.

Огреть бы его чем-нибудь тяжелым по его тупой голове, чтобы мозги встали на место, но вряд ли это поможет.

— А сыну твоему нравится! Ване нравится! У него там друзья, Адам! Его друзья, его воспитатели, его тренер по футболу, — топаю ногой. — Не твои! Это не ты в садики на футбол ходишь! Твое не нравится можешь засунуть себе в задницу, поглубже и провернуть несколько раз!

Не успеваю сообразить, как Адам хватает меня за запястье, притягивает к себе и выдыхает в губы.

— Какие у тебя фантазии, Мила.

Я недоуменно моргаю три раза, а затем до меня доходит намек Адама, глаза которого темнеют.

Хочу ударить его лбом и расквасить ему нос, но он, как в ловком танце уходит в сторону, рывком разворачивает меня спиной и притягивает к себе.

— Ты всегда с утра злая? — шепчет на ухо, и я чувствую попой его возбуждение, что меня ввергает в оцепенение на несколько секунд.