— Всего лишь небольшая мера предосторожности, — спокойно отвечает Данила, подходя ближе. — Скарабей был не совсем обычным.

Ратвер корчится, мышцы сводят судороги, дыхание становится рваным и тяжёлым.

— Ты… отравил меня… — прорычивает он, едва удерживаясь на коленях. — Снова…

— Ты такой доверчивый, — хладнокровно отзывается Данила.

Ратвер пытается встать, но силы окончательно покидают его. Данила присаживается на корточки перед поверженным врагом, внимательно глядя в его наполненные яростью глаза.

— Подлый трус… — шипит оборотень, едва сдерживая себя от стыдливого воя.

— Будь я трусом, убил бы тебя на месте. Считай это страховкой, — спокойно отвечает Данила. — Мне нужно с тобой поговорить, и я хочу быть уверен, что ты не ударишь в спину.

Ратвер смотрит на него с ненавистью, но слабость не даёт накинуться и растерзать телепата.

— Никогда… не помогу тебе…

— А если на кону будет твоя Истинная пара? — спокойно добавляет Данила, зная, что это изменит всё.

В глазах Ратвера вспыхивает алчный огонь. Теперь он готов выслушать.

* * *"

"Прикольно наблюдать как Организатор, один из сильнейших магов и сильнейший оборотень, тупит. Что мы, телепаты, умеем, так это застать врасплох кого угодно.

Ратвер замирает, его глаза расширяются.

— Что… что ты знаешь об этом?

Я усмехаюсь, решая немного поиграть на его нервах:

— А ты в курсе, что тебя разыскивает вся Организация?

— Врёшь! — рычит он, но в голосе проскальзывает беспокойство, слишком заметное для опытного телепата.

— Неа, ты осужден за мошенничество с экспериментом на Боевом материке. Я был на суде, видел Лича и Ко. Они были очень-очень злые.

— Мошенничество?! — Ратвер взрывается, его рык разносится по пустыне. — Какое к чёрту мошенничество! Если уж на то пошло, все в Организации мошенники! Размысл или Лиандриль подкинули Золотого Дракона орнитантам! Поэтому мне пришлось отдать Пса ликанам!

Вот это новости! Хотя я и подозревал подобное, услышать подтверждение своей догадки всё равно удивительно. Получается, кто-то из верхушки Организации передал Золотого орнитантам, а Ратвер, в свою очередь, сговорился с монахами Обители Мучения, отдав на опыты народ альвов ради Пса. Турбо-пупс оказался настоящим плохишом? Стоило бы ремня ему отвесить.

— Где моя Истинная, щенок?! — гремит Ратвер, упав на четвереньки.

Я смотрю на ползающего оборотня, на его искажённое от злобы и боли лицо, и не могу удержаться от саркастической усмешки.

— А ты хоть понимаешь, что, когда предал альвов Обители Мучения, ты обрёк на муки не только их, но и свою Истинную пару? — мои слова звучат, словно удар плетью.

Ратвер замирает, осознание медленно проступает на его лице, а затем ярость охватывает его с новой силой.

— Что?! — ревёт он, кулаки так сжаты, что костяшки на руках скрипят.