Глава 24

Подловили, твари!

Подземное помещение, в котором я оказался, было сферической формы и блестело черными оплавленными поверхностями. Словно в скальной толще произошел «испаривший» всё взрыв антиматерии, а затем стены под давлением сплавили в сверхплотный однородный материал. Судя по анализу, здесь даже вкрапления искусственных алмазов встречались.

На донышке этой сферы находился диск транспортера, а вокруг него — искусственный камень. С четырех сторон, симметрично сторонам света, в стены были вмонтированы сверкающие начищенным металлом и шлейфами световых трасс «дата-центры» и серверы, отвечающие за телепортацию в пределах системы и за её пределы.

— Приступай, Гисс, — отдал я приказ, и от моего бронекостюма отделилась горошина купели.

Послушно трансформировавшись из шара в полусферу со встроенной капсулой репликации, она выпустила из себя тысячи паутинок, вцепившись в стены и «серверное оборудование».

— Процесс взлома запущен, — отчиталась симбионт.

— Отлично, а теперь проверим нашу теорию, — запрыгнула в капсулу, я запустила процесс анализа.

В текущий момент весь мой прогресс был шит белыми нитками. В случае если я умру — вернусь на сотню лет назад в развитии. Для закрепления результата надо модифицировать нано в моем организме. Условный шестой ранг — без дополнительных плюшек в виде усиления.

«Анализ завершен, наносеть зафиксирована», — сообщил мне механический голос «купели». — «Внимание! Обнаружена неактивная дублирующая энергосистема. Внедрить дополнительную наносеть в энергетическое тело?»

— Да, — ответил я, раздался щелчок, словно в голове что-то взорвалось.

Я ощутил, как меня нечто покидает меня, делая «меньше», чем я был. Дождавшись окончания процесса, выпрыгнул наружу.

«Привязать наносеть дублирующего энергетического контура к основному слоту „купели“?»

— Да, — повторил я, а сердце защемило.

«Запустить механизм репликации?»

— Запускай."

"Капсула закрылась, и в ней что-то зажужжало, а энергия артефакта просела на девяносто процентов. С шипением створки разошлись… Внутри на полу вертикальном ложементе лежала обнаженная Ирида. Веки её дрогнули, открывая мне прекрасные сапфировые глаза. Удерживающие тело жгуты-фиксаторы втянулись в ложе.

Я смотрел, как девушка невидяще шарит глазами в «пустоте», пытаясь осознать, где находится. Ощущал, как давнишнее, но не забытое чувство общности наполняет нас. Нас! Она тоже осознала это и, безошибочно отыскав меня глазами, выскользнула из кресла, чтобы упасть в мои объятья. На глазах невольно выступили слезы. Чувства, что я много лет глушил в себе, взяли надо мной верх.

— Где мы? — уперевшись носом мне в ухо, прошептала она.

— У меня на родине.