– Я закатила глаза, намекая, что сам он пигалица. – Не бухти, – усмехнулся он, – еще час, и прибудем в городок при академии. Там у нас небольшой семейный особняк. Бабушка тебя и приоденет, и накормит.

Это ж сколько еще ждать еды!

Поджав губы, я снова послала злобный взгляд на пожирательницу бутербродов. Та, расправившись с последним кусочком, довольно вытерла руки салфеткой.

Живот снова предательски заурчал, жалуясь на вселенскую несправедливость.

– Так есть хочешь? – хмыкнул рыжий.

Я отвернулась. Не буду унижаться. А то будто не слышит, как у меня желудок на тромбоне играет!

– Алевтина, мы можем выйти на следующей остановке. Там харчевня. Хорошая. Ты, правда, не совсем при наряде… Но кого это волнует?! Я сниму с твоих губ красную заглушку, если обещаешь без истерик. Мы выйдем, поедим и как раз успеем на дирижабль. Он привезет нас на каких-то двадцать минут позже. Не критично, на мой взгляд. Ну так как? Обедаем?

Моя гордость требовала даже голову в его сторону не поворачивать, но живот… У него было иное мнение. Он вопил на весь салон, требуя сейчас же кусок хлеба с майонезом и шматом колбасы и чашку чая.

– Не факт, что мы успеем к обеду. Возможно, придется ждать ужина. А в харчевне такие хрустящие гренки, жаренное на углях мясо, бульон с зеленью и начиненные сметаной с чесноком томаты.

Я медленно повернула голову. Ну гад же! Знает, о чем с женщиной разговаривать надо. Чем ее соблазнять. Гренки. Шашлык. Помидорчики… Хочу!

– По глазам вижу, ты за «поесть», – тихо засмеялся мужчина. Надавив на гордость пяткой, кивнула. – Вот и договорились. – Протянув руку, он легко убрал ненавистную красную тряпку.

– Я это запомню! – не удержавшись, прошипела, глядя в его теплые светло-карие глаза. – Вот дождусь, чтобы вы забыли, и как напомню! Век вздрагивать будете, услышав мое имя…"

"– Ну и ладно. Можешь вставать в очередь мстящих, – хохотнул он в ответ, не впечатлившись.

– И встану! – зловредно усмехнувшись, я замерла… Ну нельзя же так! – Она ест четвертый бутерброд! – жалобно взмолилась. – Нагло, у меня на глазах.

– Так не смотри. – Рыжего мой праведный гнев веселил.

– Не могу я не смотреть, как люди едят. Я тоже хочу!

– Алевтина, ты же женщина! А как же фигура, стройность… – Я приподняла бровь и скептически усмехнулась. – Ну хорошо. – Он склонился ко мне и зашептал: – Пойми, это жрущее милейшее создание – оборотница. Ей просто физически нужно есть…

– А я вот ни разу не мохнатая, – тихо зашипела в ответ, – но тоже, представляете, люблю завтракать. И у меня стресс! Меня похитили из собственного дома! А стресс, как известно, лечится вкусняшками. Раз уж вы приперлись за мной, могли бы и озаботиться этим вопросом. Правильно говорите, сопровождающий из вас… Приличного слова нет, чтобы вас охарактеризовать.