— Вилка! — ткнула ее локтем под ребра, когда преподаватель пошел по рядам раздавать методички. — Ахтунг!

— Так! Всё! Я в теме! — всполошилась она и начала хаотично поправлять прическу и озираться по сторонам. — Что за движ?

— Сиди и улыбайся, — почти не шевеля губами, ответила ей.

— В этом я отличница, — в той же манере ответила подруга. Приняла из рук преподавателя книжечку и без особого интереса пролистала её. — Всё, зачет у меня в кармане?

— Ага, диплом сразу.

— Слушай, — толкнула она меня в плечо. — А ты чего сегодня такая в облаках летающая?

— И это говорит мне человек, который бессовестно дрыхнет третью пару подряд, — покачала головой.

— Не играй в мамочку, — фыркнула Вилка. — Что, тот секси-дед опять за трамваем твоим сталкерил?

— Он не дед, — в сотый раз поправила ее и в миллионный раз пожалела о том, что ей об этом рассказала. — Он, просто, старше меня.

— Ага, и возможно, твоей мамы, — не удержалась подруга. — Я же говорю — дед. Секси-дед, так уж и быть.

— Отвали, неромантичная ведьма, — демонстративно надула губки и обиженно скрестила руки на груди.

— Да, ладно тебе, Ди, — приобняла она меня за плечи. — Возьми и познакомься с ним.

— Как? Он в машине, я в трамвае. Как я смогу с ним познакомиться? Выучить язык жестов и понадеяться, что он давно его знает?

— И еще я после этого неромантичная, — фыркнула Вилка. — Пока стоите в какой-нибудь пробке, выбеги из своего стеклянного трамвая и сядь в его машину, не спрашивая. Прикинь, как он офигеет? Или на трамвайном стекле, которое, по-любому, грязное, напиши свой номерок. Ну, или в тетради для конспектиков своих. И понадейся, что он разглядит твой номерок через грязное стекло и без очков.

— Вот ты никак без своего яда, да? — воззрилась на нее. — Вроде, вполне себе достойные идеи, но таким ядом пропитала, что мне уши хочется помыть.

— Моя нежная фиялка, — разомлела Вилка и обняла меня крепче. — А если я скажу слово «пися», ты сознание потеряешь?

— Дважды, — ответила я серьёзным тоном. — По разу на каждый слог.

— А если «пися в писе»? — ехидно спросила подруга.

— Всё, мне плохо, — приложила ладонь ко лбу и изобразила потерю сознания.

— Нежное создание, — снисходительно произнесла Вилка. — А ты с тем дедом, если у вас, конечно, что-то срастется, собралась в домино играть?

— В лото.

— Я слышу, как от этого слова прокис последний дед.

— Отвали, — рассеялась я и толкнула ее плечом в плечо. — Я об этом не думала. Мы встречались взглядами раза четыре за полтора месяца. Не думаю, что так выглядит начало отношений. И перестань называть его дедом. Ты тоже встречаешься с мужчинами постарше, но дедушками их не называешь.

— Ну, я их по-разному называю, — кокетливо поиграла она бровками.

— Фу! Не продолжай.