— Помимо этого? — продолжает он давить и наступать на меня. — Чего еще ты боишься?

— Ничего.

Вру. Очень плохо вру, и Игорь это прекрасно понимает.

Уголок его губ дергается в сдерживаемой насмешке. Взгляд голубых глаз снова заволакивает похотью, когда он скользит вниз по моей фигуре и словно касается самых сокровенных участков.

— Игорь! — холодным тоном пытаюсь вернуть его внимание к своим глазам, но он лишь продолжает свои исследовательские работы, блуждая взглядом по моему обнаженному телу в каплях воды.

Предпринимаю всё возможное, чтобы не делать то же самое в ответ, ибо глаза так и просятся посмотреть ниже голого торса, точно зная, что меня там ждет неоспоримое доказательство того, что его желание не является ложью.

— Твоя мама… — произносит он спокойно и рассудительно. — Дело в ней, — это не прозвучало как вопрос или предположение. Он был уверен в том, что говорит. — Она запрещает тебе встречаться со мной? — а вот это уже вопрос.

— Да, — отвечаю я быстро. Для того, чтобы придумать иное оправдание не хватает собранности, так как я занята тем, что всё еще ладонями сдерживаю натиск Игоря.

— Врешь, — отрезает он без малейшего сомнения. — Дело в том, что она влюблена в меня?

Воздух застревает в легких. По телу прокатывается ледяная волна, словно я попала под снежную лавину.

— Я прав, — соизволил он, наконец, посмотреть мне в глаза. — Ведь так?

Откуда он знает?

В панике кружится голова. Лихорадочно пытаюсь сообразить, что бы такое сказать, чтобы сохранить мамин, довольно, интимный секрет, но Игорь меня опережает.

— Твоя мать не отличается тактичностью и утонченностью манер. Прочитать её не составляет никакого труда, — отвечает Игорь на мой незаданный вопрос и вопросительно выгибает бровь, словно говоря мне, что для него всё это ничего не значит.

— А тебе не достаточно тех двух, что уже есть? — спрашиваю шепотом, не сводя с него взгляда.

Руки сами безвольными плетями повисают вдоль туловища, так как Игорь больше не предпринимает никаких попыток нарушить мои личные границы.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Не считая, конечно, грандиозного стояка, что так и тянется ко мне.

— Обе проблемы решаемы одним разговором, — произносит он обстоятельно. — Я могу поговорить с ними обеими, но…

— Нет! — обрываю его. — Ты хоть представляешь, чем всё это может закончиться?!

— Небольшой женской истерикой? — скептически выгибает он бровь. — Не вижу в этом проблемы. Но нам нужно время, чтобы подготовиться к этому разговору.

— С мамой разговаривать буду я, — решила сработать на опережение.