И для мамы будет сюрпризом, когда она увидит тебя, — предлагает Эмиль.

— Хорошо, — малышка соглашается. Я слышу шорох, а потом тишина... Которая длится несколько минут. Я уже начинаю нервничать, даже шажок вперед делаю, но сразу же останавливаюсь, услышав вопрос Бестужева:

— Откуда у тебя эта цепочка?

Цепочка... Та самая, которую подарил мне Эмиль. Вернее, хотел подарить. Восемь лет назад. Но не успел этого сделать. Я нашла украшение в шкафу и забрала себе. После рождения дочери подарила единственное напоминание об ее отце малышке. Ни разу не снимала с ее шеи. Кулон в виде буквы «Э», сзади которого написано «Э» плюс «А» — равно бесконечности.

"— Это мамин подарок. Много лет ношу эту цепочку. Она приносит мне удачу. Тем более в каких-либо соревнованиях по танцам. Тебе нравится?

— Конечно. Очень красивая. И платье... очень тебе идет. Мама будет в восторге. Подождешь? Я зайду к ней.

— Конечно.

Я возвращаюсь в комнату, чтобы Эмиль не подумал черт знает что. Да, я подслушала их с дочерью разговор, но ему об этом знать незачем. Ложусь на кровать и быстро укрываю себя одеялом.

Чувствую тяжелые шаги. Эмиль уже внутри. Садится на край кровати и.

— Просыпайся, Волчонок, — хриплый шепот вибрацией проходится по грудной клетке. — Эмилия тебя ждет. Без тебя нам скучно.

Мне хочется рычать от злости. Скучно ему, видите ли. Где же Мирослава? Где его друзья, с которыми он общается гораздо вежливее, чем со мной?

— Иди в пятую точку, Бестужев. Оставь меня в покое, — бурчу, втягивая носом воздух. — Ненавижу тебя.

— Я знаю, — выдает, вздыхая. — Ужинать пора. Эмилия раз десять спросила, не заболела ли мама. Потому что ты часов пять спишь.

— Лучше бы была температура, чем сердце так болело...

— Мамуль! — зовет меня дочь.

Я резко сажусь на кровати и разглядываю ее. На ней безумно красивое белоснежное платье до коленок. И волосы распущены. Я каждое утро плету их. Наверняка это дело рук Эмиля. Он всегда любил распускать мои пряди, сейчас то же самое делает с дочерью.

— Малыш... Какая ты у меня красивая. Просто прелесть.

— Похожа на тебя, — улыбается дочка, обвивая мою шею руками. — Ужинать пойдем? Я проголодалась уже!

— Жду вас внизу, — говорит Эмиль, широкими шагами направляясь к двери.

— Малыш, иди ко мне. Кое-что скажу тебе, а потом спустимся. Окей?

Пора. Пора рассказать дочери, что Эмиль ее отец. И что она может называть его папой, если на то есть желание. Да, она задаст много вопросов, но при любом раскладе будет счастлива, что ее папа наконец вернулся. И надо разложить все по полкам так, чтобы она не считала Бестужева кретином. Ведь я никогда не преподносила его с плохой стороны.

— Хочу рассказать тебе немного о твоем папе, Эмилия.