— Мама, мама, — Надя вдруг снова материализовалась как будто из ниоткуда: — Уже пора?

— Сейчас гляну, — кивнула Ева.

Потом схватила прихватки и полезла в духовку. Очень скоро извлекла оттуда противень запеченным, вкусно пахнущим мясом, сверху украшенным аппетитной сырной корочкой.

Потом закрутилась по кухне, убирая пельмени в морозилку. Вытерла стол, достала тарелки.

— Пора, садись.

Пока Ева накладывала ребенку ужин, Арам аккуратно спросил:

— Ты поэтому ушла сегодня пораньше? Чтобы приготовить еды?

Не успела она ответить, как его желудок громко заурчал.

А что удивительного? Он не помнил, когда в последний раз ел. День сегодня выдался щедрый на эмоции. Сначала Ева, потом вдохновенный маркетинг, а после встреча, на которой тоже было не до еды.

— Арам, поужинаешь с нами? — тут же предложила Ева. — Мясо по-французски.

Теперь уже он не успел ответить, как перед его носом поставили большую белую тарелку, а на нее Ева положила самый большой кусок. Видимо, впечатлилась уровнем недовольства его желудка.

Арам взял вилку, подцепил кусок мяса, положил в рот и невольно прищурился от удовольствия.

«Чтоб в ресторане „Ориона“ так готовили…»

Ведь в последние дни питался исключительно там.

Мясом по-французски Ева не ограничилась, достала из холодильника овощной салат и компот, а потом еще угощала их каким-то новым особым десертом.

— Это шахматки, — объявила так, будто это все должно было объяснить.

Десерт действительно выглядел как небольшие шахматы — на тарелке размещались черные и белые бисквиты, пропитанные сливочным кремом.

— Мой новый десерт, — с гордостью сообщила хозяйка дома.

Сколько в ней всякого разного: заботливая, хозяйственная, талантливая, отзывчивая и потрясающе работоспособная. За какой-то час Арам узнал о Еве много нового. Раньше и не подозревал, сколько всего ей приходилось делать каждый день.

«Непростая у нее жизнь» — признал про себя. А тут еще он со своими палками в колеса ее бизнеса.

После того как из тарелок исчез десерт, а за ним и чай, который Ева разлила по большим кружкам, ужин официально закончился.

Уходить критически не хотелось, но и остаться никто не предложил.

— В следующий раз звони заранее, ладно? — попросила его на прощание Ева.

Очень нехотя Арам поплелся к лифту.

А ведь на ее ноги так и не налюбовался! Где в этой жизни справедливость…

Арам уже садился в свою машину, как вдруг увидел припаркованный неподалеку черный бумер. Причем явно старый — этой модели лет десять, не меньше, и это так, навскидку. Он не был уверен в правильности определения возраста автомобиля.