Карина прилетела из кухни с выпученными глазами, уставилась на него и осуждающе глянула на порцию коньяка, которую тот все держал в руке.

— Опять эта пакость.

Она бросилась забирать, но Баграт оказался быстрее, осушил бокал и поставил, а потом с шумом опустился на диван, упер голову в спинку.

— Ой, как мне плохо! Что мне только что Арам по телефону наговорил, что наговорил, вспомнить страшно. Озверел совсем! Осатанел… Меня, своего отца, он будет отчитывать!

— А я говорила, что ему не понравится, — горько вздохнула Карина.

Опустилась рядом с мужем на диван, взяла его за руку.

— Надо было с Евой помягче, Баграт."

"— Еще чего. Совсем Арам от рук отбился, надо быстро его мирить с Наринэ, тогда не будет идти на поводу у этой…

— Баграт, — осторожно начала Карина, — я как раз хотела с тобой поговорить…

Он тут же насторожился, всмотрелся в большие карие глаза жены. С возрастом нисколько не потускнели, такие же яркие. В них можно было, как в книге, читать ее настроение.

— Что такое? — забеспокоился еще больше.

— Не нравится мне Наринэ… — осторожно проговорила она. — Плохую жену мы выбрали Арамику…

Брови Баграта сошлись в одну линию.

— Это в каком это смысле? — загудел он ошарашенно.

— Тише ты, — шикнула жена.

Наверное, побоялась, что Наринэ может услышать. Хоть они и находились в гостиной на первом этаже, а отведенная ей спальня на втором, все же могла подслушать.

— Нерадивая она, — покачала Карина головой. — Спит до обеда, на кухню палками не загонишь, только знает, что помыкает горничной да жалуется, какой Арамик плохой. А он не такой и плохой, между прочим. Да, работает много, да, молчалив и, может быть, холоден. Но я вырастила хорошего мальчика. И вовсе ему ничего не до фени!

— Что ты такое говоришь, Карина? Как это нерадивая? Арам на нее никогда не жаловался, они хорошо и спокойно жили. Приличная девушка, в отличие от этой Евы. И родословная у нее ого-го!

Карина показательно фыркнула:

— Она у нас живет уже несколько дней, а еще ни разу не предложила приготовить для нас ужин. Нормально это? Я готовлю, она трескает и жалуется мне на моего же сына!

— Тебе продуктов на нее жалко? — заохал Баграт.

— Да при чем тут продукты? — возвела руки к небу Карина. — Ты меня вообще слушаешь? Она — бесполезная лентяйка! Ни ребенка не родила, ни хозяйкой приличной не стала!

— Что ты такое говоришь, Карина? Ты же сама ее Араму выбрала! Сама говорила, какая она добрая и ласковая девочка, обещала, что она залечит его израненную душу.

— Может быть, я ошиблась… — покачала она головой.

— Не говори ерунды, там какие гены хорошие! Там…

И тут оба насторожились, услышав в коридоре шаги. В дверях появилась виновница спора.