Было время, когда он устремился бы туда бегом с заранее сжатыми кулаками, но те дни остались в прошлом. Сейчас он просто шел, делая глубокие вдохи и выдохи, чтобы унять бурю эмоций. «Трижды подумай, прежде чем выпить» – самая расхожая поговорка у анонимных алкоголиков, но Кейси К. во время еженедельных встреч с глазу на глаз внушил Дэну, что трижды подумать надо перед любым своим поступком. Ты стал трезвенником, но не идиотом, Дэнни. Помни об этом, когда в следующий раз в твоей башке возникнет намерение сделать какую-нибудь глупость.

Да, но эти треклятые синяки на руке умирающего старика!

Карлинг откинулся назад на стуле, поглощая мятные подушечки.

«Популярную механику» он сменил на иллюстрированный журнал с фотографией последней звезды телесериалов на обложке.

– Мистер Хейес скончался, – тихо сказал Дэн.

– Печально. – Карлинг не отрывался от журнала. – Но ведь потому их сюда и привозят."

"Дэн поднял ногу, зацепил переднюю ножку стула, на котором сидел Карлинг, и с силой дернул. Стул вылетел, и здоровяк приземлился на пол. Коробка с мятными подушечками выпала из его руки. Он с недоумением уставился на Дэна.

– Ну что, теперь ты уделишь мне внимание?

– Ах ты, сукин… – Карлинг начал вставать, но Дэн уперся подошвой ботинка ему в грудь и прижал его к стене.

– Вижу, уделишь. Отлично. Прежде всего тебе же будет лучше какое-то время не пытаться встать. Просто сиди и слушай меня. – Дэн склонился вперед, зажав ладони между коленями. Очень крепко. Уж слишком сильно они чесались. Он хотел бить, бить, бить. В висках с шумом пульсировала кровь. Успокойся, сказал он себе. Не теряй контроля над ситуацией.

Но как же это оказалось тяжело!

– В следующий раз, когда увижу отметины твоих пальцев на руке пациента, я их сфотографирую, чтобы показать миссис Клаузен, и ты вылетишь отсюда как пробка, несмотря на все твои связи.

А как только ты перестанешь быть моим коллегой по работе, я тебя найду и вышибу остатки мозгов.

Карлинг все-таки поднялся, опираясь на стену и не сводя глаз с Дэна. Он был выше ростом и фунтов на сто тяжелее. Его руки сжались в кулаки.

– А ну-ка попробуй! Чего откладывать? Давай прямо сейчас!

– Конечно, но только не здесь, – согласился Дэн. – Люди спят, и в доме покойный.

С отметинами от твоих пальцев.

– Я ничего такого ему не сделал. Только замерил пульс.

Ты же знаешь, как легко поставить синяк больному лейкемией.

– Знаю, – кивнул Дэн, – но ты сделал это намеренно. Не понимаю почему, но сделал.

В мутных глаза Карлинга что-то промелькнуло. Не проблеск вины – Дэн сомневался в его способности чувствовать себя виноватым в чем бы то ни было. Это была тревога, когда он понял, что его видят насквозь. И страх, что его поймают.

– Тоже мне, начальник! Доктор Со-о-о-н.