Замираю в нерешительности, а Демьян вдруг резко отходит в сторону, убирает руки в карманы штанов. Склоняет голову к плечу, наблюдая за мной.

— Чего боишься, Катя? — спрашивает. — Силой не держу.

Правильнее всего развернуться и выйти. Ведь именно так я и собиралась поступить, когда ехала сюда. Проверить, как он, отдать все и уйти.

Но теперь шагаю за ним. Вглубь коридора. Крепче сжимаю ремешки своей сумки.

— Ладно, — соглашаюсь задержаться. — Только недолго.

Проходим на кухню.

По пути невольно отмечаю детали. Помещение просторное, светлое, но в обстановке многого не хватает. И дело не в том, что тут почти нет личных вещей. Тут вообще пусто. Минимум мебели. Такое чувство, словно…

— Я недавно эту квартиру купил, — говорит Дикий. — Некогда обставить.

Поворачивается и смотрит на меня настолько пристально, что ощущаю, как начинают гореть щеки.

— Еще успеешь, — замечаю.

Он отодвигает стул.

— Присаживайся, Катя.

Опускаюсь на сиденье. Рефлекторно смотрю по сторонам. Почему-то в голове вспыхивает яркая картинка того, как можно было бы оживить все вокруг. Что нужно добавить. Что лучше убрать.

— Поможешь? — вдруг спрашивает Дикий.

— Прости?

— Мебель выбрать, — бросает хрипло. — Я в этом не разбираюсь.

— Да, знаешь, у меня есть пара идей, — выпаливаю и мигом прикусываю язык, осознав, что именно обещаю сделать.

Новая встреча. Опять проводить время вместе, еще и заниматься покупкой вещей для его квартиры. Это явно не то, как надо прекращать общение.

— Отлично, тогда на неделе съездим, — заключает Дикий.

— Сначала ты должен поправиться, — невольно закусываю губу от волнения, а он как раз поворачивается и смотрит на меня так, что жар бросается в лицо.

Отворачиваюсь и лезу в сумку.

— Ты мед любишь? — стараюсь поскорее перевести тему. — Я взяла баночку, но не всем нравится. Хотя этот вкусный. Майский. При простуде хорошо помогает.

Ставлю на стол.

— Нравится, — говорит Дикий, внимательно меня изучает. — Очень нравится.

И тон у него такой, будто это совсем не про мед.

Демьян поворачивается. Открывает шкаф наверху, достает оттуда пару чашек. Его футболка слегка вздергивается, обнажая рельефную спину.

Отвожу взгляд, но перед глазами четко вспыхивает вчерашняя картина. Мышцы напрягаются и перекатываются под смуглой кожей, темные вены расчерчивают мускулистые руки.

Лихорадочно мотаю головой.

Что за глупости? Зачем мне его рассматривать?

Соседний стул отъезжает со скрипом.

Инстинктивно вздрагиваю. Оборачиваюсь и сталкиваюсь с горящими синими глазами.

Демьян слишком близко. Усаживается вплотную.

— Вот, — придвигаю к нему банку с медом, чтобы скрыть неловкость. — Попробуешь?

— Потом, — его низкий голос отправляет волну мелкой дрожи вдоль моего позвоночника. — С чаем.

— С горячим нельзя.