Под кожаным пиджаком тело горячее, потное. В самый раз к этой разгоряченной махине прижать телочку и расплавить…

Ааааа… Сука, у меня встал! Жестко встал…

Я влетел в зал, когда секудная стрелка стукнулась о последний рубеж и увидел Дарину.

Она уже защелкивала свою сумочку, готовясь встать.

Даже за счет расплатилась.

Гадюка? Нет, королева всех гадючек! Уверен, если ее бросить в серпентарий, она там всех сожрет и распотрошит, пустит на свои модные сумочки.

Одна из таких, как раз при ней…

— Привет! — бросил ей через весь зал. — Не опоздал, кажется.

Всего на миг в ее светлых глазах промелькнула досада и… погасла, ее место заняло бликующее торжество.

Потому что за моей спиной раздался голос… Олега Мамаева.

Его шаги замерли рядом со мной. Он обернулся. Я тоже посмотрел на него через плечо.

На мне запыленные брюки, не предназначенные для езды на байке, тонкий белый свитшот, кожаный пиджак. На Олеге — костюм заоблачной стоимости, а за его спиной — два мужика тащили огромную корзину алых роз. Весь с иголочки, статный мужик в возрасте, выглядевший, как реклама сытой жизни, а его лицо — к себе располагало даже самых недоверчивых.

И вот мы…

Оба.

— О боже! Боже, как мне неловко! — ахнула Дарина, прижав ладони ко рту. — Олежек, прости, я… Я сегодня так заработалась. Как неудобно вышло. Захар, тысяча извиненеий!

Мамаева поплыла в нашу сторону лебедушкой, из ее рта звонким ручейком лились извинения.

— Бога ради, простите! Я не внесла изменения в свое расписание и назначила на одно время целых две встречи. Как неловко… — поцеловала мужа в щеку, прижавшись к нему.

Эти губы вчера кривились от приступа, от подкатывающего оргазма, а ее тело — тонкое, как соломинка, изгибалось призывно.

И пусть на мой вкус она слишком худовата, но блять, клянусь, жерло ее кисы компенсировало и маленькую грудь, и худенькую, как у девочки-подростка, попку.

Такую кису отъебать…

Я бы и сейчас ей вставил. Сзади.

Пока она к своему мужу жмется, отпехал бы так, чтобы орала и чтобы он смотрел, ох даааа…

— Добрый вечер, Захар, — улыбнулась и мне, колкой улыбкой согнав наваждение.

Тонкая ладонь коснулась плеча, смахнув с него пыль.

— Даже не знаю, что мне делать. Может быть… Поужинаем втроем? Надеюсь, вы не против? — попросила, сложив ладони в умоляющем жесте возле груди.

Я с трудом сдеражался, чтобы не скрипнуть зубами.

— За тобой хоть на край света, моя королева. Захар? Вы… — вопрос Олега повис в воздухе.

Охрана Олега установила помпезную, пафосную корзину с розами возле столика. И стоило признать, что на блестящем фоне этого мужчины постарше я выглядел сейчас совсем соплялком, прощелыгой, припиздком, словом.

Но…

— Я даже верну вам обещанный белый танец, прошу, — стрельнула в меня глазками Дарина.

Приглашала на… очередную партию.