Поглаживает мои плечи, пододвигается.

А может он прав?

Глава 24

(Меркулов)

Провожу пальцами по её животу и чувствую, как Настю бьёт дрожь. У самого уже яйца гудят две недели даже больше. Такая красивая, нежная и до ужаса упрямая. Придвигаюсь к ней ближе, она льнёт всем телом ко мне. Решилась всё-таки. Строит из себя взрослую, а малышка ещё совсем. Обхватываю её тонкие запястья одной рукой, другой прикасаюсь к груди. Упругая, полная, как раз под мою ладонь. Идеальная. Слышу, как сопит, выгибается. Хочет.

Накрываю соски ртом, обвожу языком, прикусываю. Стонет.

Сколько в ней огня. Горячая девочка. Неудивительно, что Руслан хочет её вернуть. И у меня на неё постоянно стоит, удивляюсь, что она ещё этого не заметила. И сейчас, кажется, могу матрас проткнуть. А она жмётся ко мне, бёдрами трётся. Как кошка, которую приласкали.

Только я теперь её не отдам. Пусть урод завидует и бесится от того какого сокровища лишился. Оттягиваю горошинку. Крупные, напряжённые, торчат вверх, словно себя предлагают. Перемещаюсь к другой груди, чтобы не обидеть правый сосок. Оттягиваю, посасывая. Настя выгибается навстречу. Знаю, что уже готова, но оттягиваю момент, чтобы насладиться её слабостью и безвольностью.

Целую в губы, дыхание у неё свежее, как у ребёнка, хочется съесть её, поцеловать, лизнуть. Сладкая девочка. Пробую её на вкус, раздвигаю губы языком. Одновременно провожу пальцем по лобку, задеваю набухший бугорок. Она резко дёргается и стонет. Проникаю двумя пальцами. Влажная. Течёт. Ноги раздвигает шире.

Не выдерживаю, уже стягиваю трусы, это единственная преграда между мной и Настей. Вставляю и скольжу. Охереть! Даже зажмуриваюсь. Это просто башню сносит. Узенькая. Стеночки упругие, плотно обхватывают член. Сжимает мышцы и я едва не кончаю. Выхожу и зажимаю головку. Настя тянется ко мне.

– Куда ты? – шепчет разочарованно.

– Презик забыл надеть.

– Можно и без него, – неожиданно выдаёт Настя.

– Таблетки пьёшь?

– Угу.

Кивает. Похер, выну перед тем как кончу ,воспользуюсь старым дедовским способом предохранения. Я снова толкаюсь в неё, она обвивает ногами меня и не выпускает.

Жду, когда снова привыкнет и начинаю двигаться в ней. Настя стонет, двигает бёдрами в одном ритме со мной. А мне пиздец, как рвёт башню.

–Настя.

Открывает глаза.

– Смотри на меня.

Хочу, чтобы видела меня, а не придурка своего представляла. Я же понял, что она со сна ошиблась. Забылась наверно, А теперь пусть видит, что ей со мной хорошо. И нахер выкидывает бывшего из головы. От злости ускоряюсь. По комнате разносятся смачные шлепки. В очередной раз, напоминая, какая она горячая.

– Ещё, – стонет, подгоняет меня. Закрывает глаза.

– На меня смотри, – снова напоминаю.

И я снова тараню её, вхожу на всю глубину. Дышит хрипло.