Мало атмосферы - черные стены, черные предметы интерьера и только некоторые детали выполнены в коричневом цвете - то, что создано из грубого дерева или покрыто высококачественной кожей. Мне стоило догадаться, почему же я его так боюсь. Это, кажется, называют интуицией...

Если бы он привел меня в обычную спальню - все бы было совсем не страшно. Относительно этого.

Пока я пребывала в оцепенении, этот хищный зверь спокойно скинул с себя дорогой пиджак и оставил его на деревянном приспособлении, похожем на средневековый предмет для пыток. Тот, с четырьмя отверстиями для рук и для ног. Подобные использовала инквизиция, вылавливая еретиков и пытая их с особой изощренностью. Я так же узнала кресло для допроса, из которого наружу торчали вбитые с обратной стороны деревянные короткие колья. Еретика усаживали на такое, предварительно заставив его полностью раздеться, и пристегивали кожаными ремнями. При малейшем движении узника, эти самые колья врезались в тонкую кожу, мгновенно разрывая ее в сотне мест одновременно. А чтобы жертве совсем было нескучно, палачи разводили костер прямо под сиденьем, на котором сидел еретик. Вот именно в такой металлической чаше, как... стоит здесь...

А в центре комнаты, судя по всему, главная изюминка этого помещения - дыба-ложе. Да, это именно та штука, которую чаще всего показывают в старых фильмах про вампиров. Где сверху привязывают твои руки, а снизу ноги и медленно растягивают, посредством специального механического элемента. А рядом - всего в двух шагах, дыба-подвес. Принцип тот же, только стоя.

В панике посмотрела на своего похитителя. Блуд невозмутимо, как-то даже слишком спокойно и холодно, расстегивал рубашку на своей мощной груди, не оставляя мне шансов на надежду.

Призрачную надежду на то, что сегодня в этой комнате со мной ничего не случится.

Глава 18

Я зажмурилась, когда Блуд подошел ко мне сзади и склонился над своей жертвой, горячо прошептав при этом прямо возле моего уха:

- В жизни есть одно правило, которое ты должна запомнить. Чтобы избавиться от страха, нужно победить его физически...

Он легонько, даже осторожно подтолкнул меня к единственной стене, возле которой не стояло никаких приспособлений для пыток и только теперь, широко раскрыв глаза от ужаса, что все началось, только теперь я увидела скрытую в этой стене дверь! Которую, через несколько шагов, Вознесенский галантно открыл передо мной. А дальше все пошло вообще в разрез со всем тем, что я до этого думала об этом человеке!"

"Это помещение было таким же темным, как и предыдущее, только здесь стояла кровать. Немного необычная, пусть очень широкая, пусть с высоким металлическим подголовником, к которому явно предназначалось кого-нибудь привязывать, но все же - кровать.