— Я сунул зиг за пояс и накинул сумочку ей на плечо. — Нам пора.

— Я просто… Я как будто вышла из своего тела и…

— Знаю. Нам пора, Элис.

— Боже, как это было громко. Да?

— Очень. Пошли.

Я повел ее по коридору и только сейчас заметил на стенах гобелены с рыцарями, прекрасными девами и, кто бы мог подумать, гребаными ветряными мельницами.

— Он тоже умер? — Элис смотрела на Петерсена.

Я опустился на одно колено, но мне даже не пришлось нащупывать пульс: я слышал его дыхание — спокойное, ровное.

— Жив.

— Он вызовет полицию?

— В итоге да, вызовет, но нас к тому времени здесь не будет. Очнется он не скоро, а потом будет долго приходить в себя. Долго и мучительно.

— Клэрк это заслужил, — сказала она, когда мы спускались по ступеням крыльца, и вдруг оступилась — то ли потому, что все-таки вдохнула немного газа, то ли от шока, а скорее, по обеим причинам. Я обхватил ее за талию. Она перевела взгляд на меня. — Да?

— Думаю, да, но утверждать не берусь. Таким людям закон не писан. Они считают, что любое их преступление останется безнаказанным. Но мы его наказали. За ту девочку в Мексике. И за убийство родного сына.

— Он был плохой человек, да?

— Да, — кивнул я. — Очень плохой.

* * *Мы сели в машину, развернулись на круге перед домом и покатили назад. Я гадал, осталось ли видео с нашим приездом на той камере, через которую за нами наблюдали Петерсен и Клэрк. Если да, то полицейские увидят типа с черными волосами и девушку, которая задрала юбку, но почти все время стояла с опущенной головой — только пару раз украдкой посмотрела в камеру. Когда Элис перекрасит волосы, опознать ее будет почти невозможно. Сейчас меня больше волновали ворота. Если потребуется ввести код, чтобы их открыть, мы попали. Но нет, код не понадобился: подъезжая к воротам, машина пересекла невидимый луч, и они открылись сами собой. Мы выехали, и я остановился.

— Зачем?

— Пистолет заберу. Мне велели положить его у стойки. Там мои отпечатки.

— Боже, точно! Какая я дура.

— Не дура, просто немного не в себе. У тебя шок. Скоро пройдет.

Она повернулась ко мне. В тот миг она выглядела не младше, а наоборот, старше своего возраста.

— Правда? Обещаешь?

— Обещаю.

Я вышел из машины и начал обходить ее спереди. Когда я оказался в свете фар, словно актер на сцене, из-за деревьев в десяти футах от ворот вышла женщина. На ней были камуфляжные брюки и куртка, а не синее платье, и вместо совка она держала в руке пистолет. Ей совершенно неоткуда было взяться в этой части Штатов, ведь она должна была сидеть у койки своего умирающего сына, но я сразу понял, кто это. Сомнений быть не могло. Я выхватил зиг, но она оказалась проворнее.

— Сучий выродок, — сказала Мардж.

И выстрелила.

Я выстрелил секундой позже и увидел, как дернулась ее голова.