Идея, которой он себя успокаивал (нет, тешил) — будто убивает только плохих, — отнюдь не палочка-выручалочка и не панацея. В домах на этой улице спят хорошие люди. Конечно, убивать он их не собирается, но что-то внутри их умрет, когда они узнают о его истинных намерениях.

Слишком поэтично? Слишком романтично? Да нет. Рядом с ними поселился незнакомец. Со временем он втерся к ним в доверие, превратился в соседа, но — сейчас будет кульминация — они так и не узнали его истинное «я».

Около трех часов утра Билли просыпается от шума: Филлис рвет в ванной. Она смывает унитаз.

Включает воду. Потом возвращается в кровать. Тихонько плачет. Билли делает вид, что спит. Плач затихает. Снова раздается храп. Билли проваливается в сон, и ему снятся мусорные пакеты, развевающиеся на ветру.

5

Около шести утра он просыпается от запаха кофе. Фил хозяйничает на кухне, босиком и в одной из его рубашек.

— Как спалось? — спрашивает Билли.

— Хорошо. А тебе?

— Отлично. И кофе пахнет превосходно.

— Я украла у тебя пару таблеток аспирина. Похоже, немного перебрала вчера. — Она смотрит на него сконфуженно и насмешливо, пятьдесят на пятьдесят.

— Главное, чтобы пену для бритья не украла.

Она смеется. Утро после секса на одну ночь бывает довольно мерзким, Билли сам иногда с этим сталкивался, но на сей раз все неплохо. Даже хорошо. И Фил тоже хорошая.

На его предложение пожарить яичницу-болтунью она корчит гримаску и мотает головой. Он все-таки уговаривает ее съесть один тост без масла. Потом оставляет спальню и ванную в ее распоряжении, чтобы она могла спокойно привести себя в порядок. Когда она выходит, вид у нее вполне приличный. Разве что рубашка чуть помята. Потом ей будет о чем рассказать людям, думает Билли.

«В постели с убийцей». Если, конечно, она захочет о таком рассказывать. Может и не захотеть.

— Подбросишь меня домой, Дэйв? Хочу переодеться.

— С удовольствием.

На пороге она оборачивается и кладет руку ему на плечо.

— Я спала с тобой не в отместку бывшему.

— Правда?

— Правда. Иногда женщине нужно, чтобы ее кто-то хотел. Ты ведь меня хотел… так?

— Так."

"Она кивает, как бы говоря, что теперь все улажено.

— Я тоже. Но думаю, больше это не повторится. Никогда не говори «никогда», но мне так кажется.

Билли, который знает, что это совершенно точно не повторится, кивает.

— Друзья? — спрашивает Фил.

Он обнимает ее и целует в щеку.

— Друзья навек.

Утро еще раннее, но народ на Эвергрин-стрит встает рано. На крыльце дома напротив сидит в кресле-качалке Диана Фасио. Она закуталась в теплый розовый халат и попивает кофе. Билли открывает пассажирскую дверь «тойоты» и придерживает ее для Фил. Когда он обходит машину, чтобы сесть за руль, Диана показывает ему два больших пальца.

Билли приходится улыбнуться в ответ.