Убеждаю себя, чтобы больше не фантазировать.

Быстро расплачиваюсь картой, в шоке от ценника.

Ну он же хотел дорого.

Несусь в салон.

Опаздываю.

— Девушка, милая, мне надо очень быстренько сделать что-то под стать этому платью, — демонстрирую себя, посматривая на часы.

Чует моя попа, что к семи не уложимся.

Парикмахер предлагает французскую косу на левую сторону. Соглашаюсь – времени на раздумья нет. Но плетут мою французскую косу долго.

Потом маникюр. Я бы отказалась от него, но мои ногти выглядят ужасно. Уж лучше опоздать, чем опозориться.

Телефон звонит. Это Роберт.

На часах ровно семь, а мне сделали только одну руку.

Отвечаю.

— Я в салоне «Мадлен», — сообщаю ему. — Мне нужно еще минут двадцать.

— Серьезно? — холодно спрашивает мужчина.

— К сожалению, да, — с виной в голосе сообщаю я.

— Мне некогда ждать, это не просто вечер, а еще и моя работа, — злится он. — Выходи.

— Да не могу я... Вы просили дорого. Не думаю, что обгрызенные ногти сейчас в моде, — нервно усмехаюсь.

— Тогда приедешь сама, Иван будет тебя ждать, — сообщает мне Роберт и с психом сбрасывает звонок, не выслушав мои возражения.

Ванечка – это плохо.

Уж лучше бы на такси.

В салоне тоже совсем не божеские цены. Расплачиваюсь, не глядя.

Вылетаю на улицу. Ну как вылетаю. Неуклюже стараюсь не свалиться с каблуков.

Иван курит на парковке.

Платье у меня легкое, не по погоде. Кожа покрывается мурашками. Моя одежда в пакете, но я боюсь натянуть сверху кардиган, иначе помну платье."

"Иду к Ивану. Его глаза округляются, словно не ожидал меня увидеть. Такой растерянный. Даже не понимаю, хорошо это или плохо. Но потом всё встает на свои места. Он берет себя в руки, стискивая челюсть, вышвыривает окурок и открывает для меня заднюю пассажирскую дверь.

Холодный, отстраненный, глаза горят недовольством. Его взгляд давит и вынуждает чувствовать себя виноватой. Словно я ему изменяю.

Молча сажусь в машину, вздрагивая оттого, что парень громко хлопает дверцей. Вздыхаю. Придется потерпеть. Мужчины очень обидчивые.

Около пяти минут Иван везет меня молча, постоянно посматривая в зеркало заднего вида, убирая взгляд. А мне надоело ощущать это неуместное чувство вины.

— Да выскажись уже! — не выдерживаю я.

— Мне просто интересно, — зло ухмыляется он.

А зайчонок, оказывается, может быть серым волком. — Это всё ради бабок, да? У меня их нет, а у него достаточно? Ты реально такая? — с пренебрежением выдает он мне.

А я не знаю, что сказать. В общем, если брать этот вечер, то да, ради денег. Я всего лишь играю роль. Но если начну оправдываться перед Иваном, это тоже будет неуместно. Я запала на Роберта, и, как ни крути, между нами была близость.

Молчу, отворачиваясь к окну, сжимая губы.

— Ладно, прости, — выдыхает Ванечка, меняя тон на более тихий и подавленный.