Никто не знал. Специально не говорили и за работой наблюдали, чтобы судить непредвзято и видеть реально, кто трудится на семь потов, а кто выслуживается. Шансы были у всех…

Катя радостно начинает пищать, обнимает меня и поздравляет. Искренне. От всей души. Мне тошно становится, что я ей вру, но сама продолжаю лживо улыбаться и рассказывать, что поездка – это большой шанс для карьерного роста и дополнительный заработок.

– Когда летишь?

– Это самое тяжёлое, – хмурюсь, прикусывая губу в нерешительности. – Улетаем буквально на днях. И мне так совестно… Я не предупредила тебя, ведь сама не знала! Даже не знаю, может, отказаться?!

– Не дури! Когда ещё тебе выпадет такой шанс? – перебивает сестра, не дав мне договорить. – Ты летишь. Точка. За меня не переживай. Справлюсь!

– Уверена? – с сомнением в голосе спрашиваю я. Мне совестно обманывать сестру, но другого выхода у меня нет.

– Уверена. А если ты сомневаешься, то я тебя прямо сейчас пешком в Италию погоню! – грозит пальцем сестра.

Вот и всё, завралась я по самое не хочу. И пути назад у меня уже нет. Только вперёд…

* * *Я ждала звонка от Леона. Как приговора или избавления. Не готовила ничего, как он и сказал. Только сумочку маленькую взяла и положила туда телефон с документами. Куда положить телефон второй – ума не приложу. Я его выключила и долго маялась, не знала, что придумать. Не между ног же его прятать, в самом деле! Решение пришло само собой. Я достала футляр для солнцезащитных очков и осторожно отклеила подложку на одной из сторон. Под ней пустота была. Положила туда телефон и скотчем закрепила, чтобы не болтался. Потом обратно крышку приклеила и потрясла. Не должен вывалиться, а дальше, как повезёт.

Я жду звонка, но всё равно едва не подпрыгиваю до потолка, когда слышу громкую трель мелодии входящего вызова.

– Выходи.

Это голос самого Леона. Я торопливо хватаюсь за ручку чемодана – вечером накидала туда вещей для отвода глаз, чтобы Катя ничего не заподозрила. Стоя на пороге квартиры, я долго прощаюсь с сестрой, обнимаясь и плача.

– Ну всё, я пойду, а то через минуту вообще никуда не захочу идти! – говорю, смахивая слезы с ресниц.

Катюша крепко целует меня ещё раз на прощание и машет рукой. Я распахиваю дверь в подъезд и едва успеваю пройти один лестничный пролёт вниз, как замираю, сражённая шоком. Навстречу поднимается сам Леон, а за его спинами маячат двое охранников.

– Что это?

Его голос звучит негромко, но властно. Я даже без уточнения понимаю, что он говорит о моём чемодане с вещами.

– Чтобы сестра не заподозрила и не беспокоилась обо мне, – поясняю я, торопливо добавив. – Можно избавиться от него, если мешает.

Леон отступает в сторону, дав знак своим людям ленивым кивком головы. Один мужчина забирает у меня чемодан.