— Но ты, твою мать, предпочитаешь пускать мне ток под кожу, да, Маркиза?

Его напор пугает. Вводит в шок. Но… говорю же, трезвая и адекватная Злата сидит где-то в углу сознания. А это не я — вот эта пьяная женщина, что вдруг решает принять правила игры.

— Это арест, господин следователь? — смотрю вызывающе.

Бахурин на секунду ошеломлённо замирает, пару раз даже моргает, а потом выдыхает и криво усмехается.

— Пока только допрос. С пристрастием.

Глава 19

— Пытать будешь? Я боюсь боли.

— А я не болью.

Демид наклоняется ниже к моему лицу. Я задерживаю дыхание и тяну подбородок вверх, жаждая поцелуя.

Но он этого не делает. Замирает, опаляя дыхание кожу, а потом его пальцы подцепляют мою блузку и сдёргивают её вверх к самым наручникам.

От соприкосновения с воздухом и жаром мужского взгляда кожа покрывается мурашками, соски под кружевами бюстгальтера сжимаются. Демид это видит, а потом снова возвращается глазами к глазам. Он ничего не говорит вслух, но я будто слышу это его «ты меня хочешь».

Потому что хочу. До безумия. До дрожи в каждом пальце.

Бахурин медленно наклоняется ниже и накрывает ртом правый сосок прямо через ткань.

Горячо выдыхает, немного сжимает зубами. Заставляя меня задышать ртом. Я чувствую, как от его слюны намокает тонкое кружево. Потом он высвобождает мои груди, опустив чашечки. Накрывает ладонями обе и ощутимо сжимает их, придавливает пальцами соски, трёт их, перекатывает. Это даже немного больно. Но я совсем не готова попросить его прекратить. Мне хочется этих ярких ощущений, пусть и слегка болезненных.

Демид обхватывает меня за рёбра ладонями, скользит ими вниз до талии и ниже, чуть надавливая большими пальцами по центру живота.

Его ладони такие широкие, что обхватывают меня почти полностью. Или просто я так и не выросла. Но чувствую себя фарфоровой игрушкой в сильных мужских руках.

Бахурин расстёгивает пуговицу на моих джинсах, дёргает звучно и резко молнию и стаскивает их. Пропускает ладонь между моих коленей, но я крепко их сжимаю, не пуская дальше. Ловлю вопросительно-насмешливый взгляд, вроде как намекающий, что для него это не преграда, но всё же причину бы он хотел услышать.

— Сними рубашку, — в прошлый раз он тоже был одет, а я хочу его видеть. — Всё сними.

— Ладно. Как пожелаешь.

Бахурин встаёт с кровати, становясь у ног. Расстёгивает пуговицы на рубашке, на рукавах, сбрасывает её на стоящий рядом стул. Стягивает майку.

Сглатываю, когда взгляд скользит от его подбородка и ниже. По прямым линиям ключиц, гладкой коже широких плеч с обозначенными мышцами, мощной груди, увитой кудрями тёмных волос. Неосознанно облизываю нижнюю губу, когда взглядом сползаю ниже к крепкому прессу, узкой талии, подбитой выпуклыми косыми мышцами, к дорожке волос, уходящих под ремень брюк.