У меня задержка. И тест… Мать вашу.

Завожу мотор и выруливаю с парковки.

— Куда мы едем? — в её взгляде паника смешивается с надеждой. Жутко унизительный коктейль.

— В клинику.

— Зачем?

— На УЗИ.

— Какое УЗИ, Демид? — Наташа начинает нервничать. — Оно ещё ничего не покажет! Слишком рано.

— Сколько? Месячные у тебя должны были пойти шесть дней назад. Не УЗИ, так анализ на ХГЧ уже даст картину.

Наташа замолкает и несколько минут мы едем в напряжённом молчании. Она смотрит перед собой на ленту дороги и тяжело дышит.

— Останови машину, Бахурин.

— Скоро уже будем в клинике.

Или тебя тошнит уже? — подсказываю. Немного жестоко, но терпеть не могу, когда меня держат за идиота.

— Останови, Демид! Я… не беременна! — выдаёт почти криком."

"Сворачиваю на парковку у какого-то супермаркета и резко торможу. Поворачиваюсь к девушке, пристально смотрю на неё. Я, блин, действительно хотел избежать всего этого дерьма при расставании.

— Конечно, ты не беременна, Наташа. Или ты считала, что я идиот?

— Нет, конечно… я…

— Последние три раза мы занимались сексом без презерватива в начале твоего цикла, и я кончил все три раза тебе в рот.

А ближе к овуляции и после предохранялись резинкой, — знаю, что грубо, но она должна перестать видеть во мне мужчину своей мечты. Просто потому что я и правда не такой. — Я понимаю, что всякие бывают сбои у женщин, но я не настолько тёмный, чтобы меня можно было вот так просто развести. Так что либо мы едем в клинику, либо ты успокаиваешься и живёшь своей жизнью, Наташа.

Она вспыхивает. На бледных щеках проявляются красные пятна, подбородок дрожит, но глаза заполняются злостью и обидой.

— Зачем ты так со мной, Бахурин? — почти шипит.

 — Я ведь ради тебя готова на всё, а ты вот так! Я же видела, как ты смотрел на ту блондинку. Почему не на меня? Чем я не такая?!

— Я не люблю тебя, Наташа.

Она ничего на это не отвечает. Сжимает зубы и вылетает из моей машины.

Глава 18

Злата

— Злат, в тебя шампанского бокал не вольёшь без особых уговоров, а тут третий шот текилы, — Артёмова выгибает тонкую бровь в удивлении. — И молчишь почти весь вечер. «Что случилось» спрашивать не буду, очевидно, что до хрена чего вообще произошло. И всё же. Есть ещё что-то?

Я смотрю на бармена за гладкой чёрной стойкой и слегка ему улыбаюсь.

Киваю на рюмку, чтобы налил ещё нам по одной. Глаза у него голубые-голубые, красивые. Но до невероятной голубизны Демида им далеко. Мотаю головой, пытаясь вытрясти из головы воспоминания о пристальном взгляде.

— В моей жизни много чего случилось, Лариса. Особенно в последнее время, — перевожу взгляд на подругу, сдуваю прядку, упавшую на лицо. — Мой муж оказался изменщиком и с большой долей вероятности чудовищем. В мою жизнь снова ворвался человек, когда-то перевернувший душу.