Вот его сменщика я не особо люблю. Вообще есть ощущение, что этот перекур вдвоем на крыльце – почти как терапия. Не хочу, но думаю – как будто с отцом. К черту.

Взмахиваю рукой:

– Я пойду.

– А на уроки не надо?"

"– Не, не надо, – бросаю уже через плечо, сбегая по лестнице.

Иду к дому Миланы. Миную недостроенную парковку, отмечая, что там, несмотря на дневное время, много народу. Вот кому точно не нужно на уроки. Кто-то окликает меня, но я чешу мимо, не оборачиваясь. Тут легко погрязнуть, а меня это больше не интересует.

У знакомого подъезда притормаживаю. Честно говоря, не знаю, что делать дальше.

Шел сюда, повинуясь инстинктам. Обещал ей, что ничего делать не буду, и нарушать не собираюсь. Наверное.

Присаживаюсь на лавку у соседнего подъезда. Понимаю, что глупо, я даже не знаю, как выглядит ее отец. Но мне все равно становится легче. Как будто бы что-то от меня зависит. Типа я контролирую – оставаться на месте или действовать. Иллюзия контроля. Лучше, чем ничего.

Просиживаю несколько часов. За это время вижу несколько подходящих кандидатов. Среди них может и не быть ее отца, я не знаю графика его работы. То есть даже гипотетически – может ли он сейчас тут оказаться? Наверное, нет. Я даже роюсь в социальных сетях Разноглазки, но там, ожидаемо, нет ни одной фотки с семьей.

Окончательно замерзаю. Не только телом, но и мыслями. Расцениваю это как неплохой результат. И тогда возвращаюсь в школу. Внизу своих не вижу, хоть урок и кончился минут пять назад. Так что я поднимаюсь – и застаю картину маслом. Трое моих идиотов болтают с Мариной и Лидой, но Ланы рядом с ними нет. Скольжу взглядом в сторону – и да, вот она. В напряженной стойке напротив Дунаевой. Что она ей сказала?! Лечу туда тараном, периферией отмечая, что все это видят. Парни бросают светскую беседу. Крис вжимает голову в плечи, и только одна Мальвина стоит с идеально прямой спиной. Приближаюсь в тот момент, когда она говорит насмешливо и презрительно:

– Хочешь рассказать мне про всех, с кем спала? Подождешь, пока я ручку с блокнотом достану? Боюсь, не запомню.

Я разваливаюсь на ходу. Конечно, это ничего не значит. Но она должна была узнать иначе. В идеале – вообще не узнать.

Дунаева задыхается от возмущения, и этой заминки хватает, чтобы дернуть ее за локоть в сторону.

– Свали, – рычу на пределе.

– Кир, – визгливо отзывается она.

– Крис, заткнись, будь другом, – увещевает Малой, отцепляя мою руку.

– Давай, Дуняева, домой пора.

– Где подружка, а? Двигай отсюда.

Слышу парней опять же краем сознания, а сам смотрю только на Лану. Она берет меня за руку. Улыбается. Но я вижу, что это просто движение мышц, ничего более.