– Кормит нас, понимает как будто лучше всех.

– Лилу, я немного запутался, а в кого из них ты влюблена?

Тут же смущенно вспыхиваю:

– Ни в кого! Мы дружим.

– Ага.

– Что «ага»?

Ник посмеивается, протирая флаконы:

– Ничего. Просто ага. Не заводись. Парни реально классные, я рад, что ты нашла друзей.

– Я тоже. Правда, очень рада.

– Когда там ваша тусовка века?

– Завтра. Ты принес, что я просила?

– Да, в нашем шкафчике на верхней полке, не видела, когда переодевалась?

Я качаю головой:

– Не, торопилась. Я тебе деньги на карту скину. Зарплата же сегодня?

– Должна быть. Только я… Лана, расход.

Мы резко расходимся в разные стороны, потому что в зале появляется Андрей. И хотя в магазине нет ни одного клиента, болтать нам все равно нельзя. Оставшиеся десять минут еле дорабатываю, так хочется уже сбежать. Обсуждать с пацанами какую-нибудь ерунду насчет дня рождения, переписываться с Кириллом, придумывать, что надену завтра. Со мной такое случается редко, но сейчас я чувствую себя беспечной девчонкой. Впервые не стопорю это ощущение, а наслаждаюсь им.

Помогаю девочкам убрать свои корнеры. Подсчитываю в блокноте свои продажи, записываю на руке, чтобы потом отправить Андрею.

– Погнали, Лилу, ровно девять, – Ник отбирает у меня блокнот и кидает к себе в накопитель."

"Мы быстро переодеваемся, я убираю парфюм, который мне принес Никита, в рюкзак. Выходим вместе.

– Пока, Андрей! – друг улыбается менеджеру с каким-то непонятным для меня вызовом.

Подталкивает меня в спину так живо, что я едва успеваю тоже попрощаться.

– – … – .– .. .– .– .–

Уже поздним вечером я сижу в своей комнате на полу, вырезаю из журналов картинки. Коллажи меня расслабляют. К тому же я хочу занять чем-то руки, пока напряженно вслушиваюсь в происходящее на кухне. Выжидаю.

И вот оно, наконец. Отец идет по коридору, подшаркивая тапками. Берет что-то с полки у выхода. Я знаю, что это сигареты. Когда он еще не совсем пьян, то курить выходит в общий коридор. Все складывается идеально. Захлопывается входная дверь. И тут уже мой выход. Почти бегу на кухню, вцепляюсь взглядом в мамино лицо. Черты уже смягчились и будто оплавились. Даже слишком. Можно было найти момент получше, но я сама виновата, слишком затянула.

– Мам?

– Да, Милаша, – она улыбается и смаргивает.

– Я хотела спросить. Завтра одноклассницы устраивают ночевку. Вроде девичника. Можно я тоже пойду?

Мама прищуривается, тянет:

– Ой, я не знаю. А кто будет?

– Мы втроем. Я и две девочки, – называю имена одноклассниц, с которыми, правда, особо не общаюсь, – Марина и Лида.

– А из взрослых будет кто?

– Родители Марины уезжают, но дома будет ее бабушка, – меня уже несет.

Мама вытягивает губы трубочкой. Думает. Я начинаю паниковать. Отец еще не успел докурить? Нет же?

– Ладно. Хорошо, иди.