Уровень сложности у соседей одинаковый. Вся разница в том, что одна территория находится под управлением некоего Раннека, радостно убившего всех конкурентов и не допускающего появления новых. А вот во второй царит относительная вольница — власть делят между собой десятки групп, ни одна из которых не может подмять остальные.

На этом познания торговца о соседях заканчиваются. О деталях их жизни он не в курсе. Что расположено дальше, тоже не знает. Вернее, общие формулировки, понятное дело излагает. Мол, новые игровые зоны, для доступа в которые, требуется статус повыше — надо добраться до «рыцаря». На этом полезные данные, которые из него получается вытащить, заканчиваются.

Объясняется это просто — ушедшие в дальние игровые зоны, никогда не возвращаются назад. Может такая практика и существует на остальных этапах, но вот сюда, в один из базовых лагерей, они не приходят. Заваливаются только торговцы, которые скупы на любую информацию.

Зато получается выяснить общее число лагерей — сорок восемь. Пять из них, такие же, как этот. Места, куда выгружают новичков и где расположены относительно лёгкие игровые локации. Но даже здесь имеются элементы нечестной конкуренции — тот же Джарр отправляет свои патрули не просто так. Каждая игровая локация запускает к себе по одной группе в шесть часов. То есть всего четыре раза в сутки. Та, что с вивернами, считается простой — звонкое серебро за пару убитых монстров. Её, вместе с остальными, зачищают по графику. Заходят группой в несколько человек, отстреливают цели и сваливают.

Пока он рассказывает, приходится не раз напоминать себе, что обычно число монстров в разы меньше, а движутся они медленнее. И атакуют по одному, а не стаями. Что делает охоту куда менее опасной.

Дослушав его, бросаю взгляд в сторону импровизированной стойки за которой лысый бугай в десятый раз протирает грязной тряпкой один и тот же стакан. А потом тихо уточняю.

— Ты случаем не в курсе, кто такой Эрзер?

Имя, случайно обнаруженное на стене здания в третьем ярусе, производит неожиданный результат — торговец выкатывает глаза, а потом шумно сглотнув, оглядывается вокруг.

— А вы… Как…

Тряхнув головой, начинает говорить относительно членораздельно.

— Где вы вообще слышали это имя? Явно ведь не здесь.

Пожимаю плечами, стараясь сохранять невозмутимое выражение лица. Хотя внутри громадное желание схватить этого мелкого торговца за грудки и выбить всю информацию. Мы наконец напали на след. Пока ещё непонятно, насколько чёткий. Но человек, о котором писал погибший Толст, точно здесь. Как минимум, когда-то был.

— Боюсь, мой ответ будет из категории тех самых, о которых лучше не знать, Орби. А вот я бы с удовольствием выслушал всё, что тебе известно.

Тот на мгновение заминается.