– Человеком, не способным понять, обмотан он тряпками или нет?

– Молчать! – заорали из-под кровати.

– Да-да, конечно, более я не произнесу ни слова. Извините, не хотел вас рассердить, – сказал секретарь.

– Я не сказал грубого замечания, – растерялся я. – Вы тоже его слышали?

– Конечно, – подтвердил Борис. – Я решил, что вы нервничаете.

– Вы работаете у меня не первый день. Разве когда-нибудь я позволял себе подобное хамство? – поинтересовался я.

– Нет, – признал секретарь. – Но нас в комнате двое, и если не вы сейчас кричали, то кто?

– Загляните под кровать, – попросил я. – Там нет Демьянки?

– Собака спит в гостиной, – ответил Борис. – К тому же, Иван Павлович, вы прекрасно знаете, что животные не умеют объясняться человеческим языком.

– Сейчас ты у меня огребешь! – завопил бас.

– Господи… – вырвалось у меня. – Кто здесь?

Глава 38

– Это матрас! – обрадовался Борис. – Не беспокойтесь, Иван Павлович, вы совершенно здоровы. Я снял с вас одеяло и вижу: вы лежите в яме.

– Где? – не понял я.

– Видели, как отливают золотые слитки? – спросил Борис. – Берут форму, наполняют расплавленным металлом, он застывает, получается брусок. Ваш новый матрас выглядит как форма, а вы в ней как слиток золота. Ну-ка, ну-ка… А теперь можете пошевелить правой ногой?

– Да! – обрадовался я.

– Вы легли в кровать, под тяжестью тела матрас продавился, потом застыл, и вы оказались у него в плену. Я слегка отодвинул край, и у вас появился зазор для движения, – пояснил секретарь. – Надо срочно позвонить в магазин, где вы купили матрас.

– Визитка Леонида Захаровича, управляющего торговой фирмой «Матрас Никифорович», у меня на столе, – пояснил я. И тут раздался звонок мобильного. – Борис, сделайте одолжение, положите сотовый у моей головы и поставьте его на громкую связь.

Помощник стремительно выполнил мою просьбу, комнату наполнил голос Протасова.

– Иван Павлович! Лучше вам приехать не после обеда, а к полудню. Успеете?

– Не уверен, – пробормотал я, – на данном этапе я очень занят. Нельзя ли…

– Ванечка, я люблю тебя, – прощебетал женский голос. – Ты устал? Отдохни.

– Кхе-кхе… – закряхтел Евгений. – Ну… раз уж такое дело… Хм…

– Это не то, о чем вы подумали, – начал оправдываться я.

– Ванечка, удобненько лежишь? – протянула невидимая дама. – Мой любимый… Я забочусь о тебе. Спинка не ноет? Сделать массажик?

– Как я понимаю, – сдавленным голосом продолжал Протасов, – у вас совещание с клиенткой. Когда оно закончится?

– Это совсем не то, что вам пришло в голову, – повторил я. – Надеюсь освободиться… э… сейчас подумаю… часа через два или три.

– Ну ты молоток! – заржал Евгений, перейдя на свойское «ты». – Ладно, давай работай. К пяти подкатишь?

– К семнадцати точно, – ответил я.