Он просто смотрел на человека, и перед ним открывалась вся его жизнь. Как-то раз к нему подошла прихожанка, попросила обвенчать ее. Папа спросил, кого девушка выбрала в спутники жизни, помрачнел и посоветовал ей: «Подожди пару лет». – «Почему?» – удивилась она. – «Просто подожди, – повторил отец. – Ты мне объяснила, что познакомилась с суженым в Интернете. Не следует бежать под венец, не узнав мужчину как следует. Куда ты торопишься? Венчание ответственный шаг. Пообщайся с женихом подольше. И не оформляй пока брак в загсе, не живи с ним до свадьбы вместе. Нет тебе моего благословения». А девушке очень хотелось замуж, и она, не послушав батюшку, пошла подавать заявление. Но осуществить задуманное не удалось – по дороге в загс невеста упала, сломала обе ноги, очутилась в больнице.

– Бывает такое, – кивнул я. – У некоторых людей хорошо развито предчувствие, ваш папенька ощутил…

– Вы не дослушали, – остановила меня клиентка. – Жених услышал от доктора, что невесте предстоит долго лечиться, вероятно, она останется хромой, и бросил ее. Девушка через пару лет вышла замуж за врача, который ее лечил, и вскоре узнала шокирующую новость: бывший жених расписался с другой, а через шесть месяцев после свадьбы убил свою супругу в припадке ревности, парень оказался душевнобольным. Выходит, мой отец уберег свою прихожанку от великой беды. Так вот, собственно, о гостях в доме папы. Матушка Ирина пыталась сдерживать поток посетителей, но у нее плохо получалось. После ее смерти роль Цербера стала исполнять я. Прежде всего я повесила на дверь объявление: «Отец Дионисий принимает страждущих во вторник и четверг, с часу дня до пяти вечера. Убедительная просьба записаться заранее и в другое время батюшку не беспокоить». Народ сначала возроптал, люди привыкли в любой момент священника дергать. Но потом все успокоились, стали приходить по записи. Моя изба стоит напротив отцовской. Десятого ноября я ушла от папы в девять вечера, попросив его дверь за мной запереть. Вернулась к себе, стала посуду мыть. На кухне у нас окно, я тарелки вытирала и нет-нет да смотрела на улицу. А там, прямо около калитки, горел большой фонарь, я хорошо видела двор папы и вход в его дом. И в какой-то момент заметила, что на крыльцо поднялся молодой мужчина, отец его впустил. Я разозлилась, хотела пойти и выгнать непрошеного гостя. Еще подумала, помню, что некоторые люди на редкость эгоистичны и бесцеремонны, вот надо ему, и все тут… Но заплакал младший сын – упал, нос разбил, и я к ребенку кинулась. А когда снова в окно посмотрела, увидела, что отец с тем парнем уже по улице идут в сторону храма. Я их спины видела. Отец в своем старом пальтишке и в скуфейке[1]. И тогда в голову мне пришла мысль: это, наверное, Паша Ветров к папе прибежал.