– Маш, ну, что за выражения?

– А как еще? Я его таким никогда не видела, Тусь. Сколько лет прожили, всегда нежный, ласковый, пылинки с меня сдувал, а тут… Как животное… И маты такие, что мы с тобой и не слышали никогда.

– Странно. Как про другого человека говоришь, – задумчиво покачала головой сестра. – Федор у тебя всегда такой спокойный был. Помнишь, я еще не верила поначалу, что он мент? И семья у него интеллигентная. Ты, кстати, у Регины Петровны уже была?

– Нет, Тусь. Я сиделке за две недели заплатила, не хочу раньше времени показываться.

– Как же теперь? Ты ее бросишь?

– Что ты глупости говоришь? – хмыкнула я.

– Ох, Машка! А может, простишь Федора? Ну, ты ведь тоже как-бы отомстила. Ведь хорошо же жили.

Татка отложила в сторону намазанный клеем кусок и посмотрела на меня с затаенной надеждой.

– Не могу, Тусь, – взглянула на сестру и устало вздохнула. – Не могу. Внутри перегорело что-то. Особенно после его слов о детях.

– Ты мне не рассказывала.

– Больно было, вот и не рассказывала. Он же мне тогда крикнул, когда я уходила, что кому я такая ущербная нужна? И что все равно к нему приползу, а он еще подумает, стоит ли с бесплодной жить… Или лучше нормальную найти.

– Маш…

Татка обняла меня и сжала в объятиях.

– Даже думать забудь! На фиг этого урода! Мы тебе самого лучшего найдем! И все у тебя будет, и дети, и семья. Ты же помнишь, Владимир Моисеевич говорил, что шанс у тебя есть, просто не с Федькой.

Да. Было такое. Мой гинеколог, вообще, тот еще оптимист. Я тоже, до поры до времени, верила, что все возможно. Жаль, что жизнь не оправдала моих ожиданий.

– Ладно, Тат, давай клеить, а то стена уже высохла.

– Ой, правда!

Татка спохватилась и вцепилась в отрезанный кусок. Тяжелый флизелин потянулся по полу.

– Да погоди ты! Куда одна?

Мы доклеили обои, а вечером пришел недовольный Жорик. Он поменял краны и прочитал мне лекцию о том, что женщина не способна выжить в одиночестве.

– Последний раз помогаю, – ворчал он. – Если ты думаешь, что теперь я взвалю на себя всю работу в твоем доме, то даже не надейся.

– Жор, да я ж знаю. И даже не рассчитываю, – привычно постаравшись не реагировать на тон, примирительно улыбнулась мужу сестры.

Нет, вот все понимаю, кроме одного – за что Татка своего тюленя любит? Мне уже через минуту его прибить хочется, а она смотрит на своего Гошеньку влюбленными глазами и млеет!

– Вот и не рассчитывай! – продолжал нудеть Жорик. – А еще лучше, возвращайся к мужу. Показала характер, и хватит. Сама не такая уж принцесса. Еще спасибо Федору должна сказать, что он тебя обратно ждет.

– Слышь, Жор, а ты откуда знаешь, ждет он меня или нет?

Я подозрительно покосилась на зятя. Раньше он меня так рьяно не сватал.