Запахи, витающие в купе, заставили вспомнить, что, со вчерашнего обеда, кроме кофе, перехваченного на вокзале, во рту ничего больше не было.

М-да. И денег, как назло, почти не осталось. Съездила Машенька в отпуск. Отдохнула. Всю отложенную заначку ухнула на «позитивные перемены»! А ведь такие грандиозные планы были! Целый год копила, а профукала за неделю."

"Ладно. Выкручусь. В первый раз, что ли?

Умывшись и приведя себя в порядок, заказала у проводника чаю и принялась медленно пить, растягивая удовольствие.

– Будешь? – сосед неожиданно подвинул ко мне пакет. – Или ты тоже на этих бесконечных диетах сидишь? Вы же сейчас все на них помешаны.

Жареного не едите, мучного на дух не переносите…

– Буду, спасибо, – не дожидаясь, пока он закончит свою мысль, цапнула пирожок и быстренько потянула его к себе.

А то мало ли? Вдруг еще неожиданно подобревший попутчик передумает?

– Да? Ну, ешь. А то, смотрю, вчера весь день без еды просидела, я уж думал, ты из этих, что на диетах вечно, – уже более добродушно пробормотал дядечка. – У меня внучка вон… В чем душа держится, а все – я толстая, я толстая! Жена такие пироги печет! И шанежки.

И рыбники. А эта дуреха не ест ничего, поправиться боится! Ругается на нас, что мешаем ей красивой быть. Обижается.

– А сколько внучке лет?

– Весной семнадцать стукнуло.

– А-а, так ей сейчас мальчикам нравиться хочется, а уверенности в себе еще нет. Вы не обращайте внимания, чуть повзрослеет, поймет, что неправа была. Еще не раз бабушкины пироги вспомнит. Вкусно, кстати. Это жена ваша пекла?

– Она, – довольно улыбнулся сосед. – Ниночка у меня искусница! Смолоду печет. Такие застолья раньше устраивала! Всей семьей собирались.

И соседи приходили, и родственники, у нас дом всегда хлебосольным был. Все на аромат выпечки шли! А сейчас… Поразъехались, поразлетелись. Старший, вон, на юга подался, обжился тут. Младшенький в Москве, – он замолчал, словно запнувшись, и добавил: – А дочка погибла. Давно уже. Молодая была. Вот, Иринка после нее осталась. С нами живет. Я их с Ниночкой к старшему на неделю отвез, а сам – домой. Хозяйство у нас там, надолго не бросишь. Да ты бери еще пирожки-то! Мне Ниночка столько с собой положила, что не съем один, угощайся.

Я не заставила себя долго упрашивать.

Под чай и пирожки время полетело незаметно, и мы с соседом уже вовсю обсуждали и политику, и цены на бензин, и методы воспитания молодежи.

Моя привычка быстро сходиться с людьми и тут сыграла свою роль.

Василий Ильич оказался человеком основательным. И накормил, и от неприятных мыслей помог отвлечься, да и интересными историями побаловал. Об оборотнях.

Да-да! К вечеру, у нас с ним совсем уж задушевные беседы пошли, вот и свернули, в итоге, на всякую чертовщину.