Я уже не знала, кто передо мной ­– тот, кто назывался Игоряхом Иссаволем, Ульваром Мортеном или Вальбу Мортеном.

Это было неважно, потому что я одновременно сделала три единственно возможные в этой ситуации вещи.

Заорала, бросила в плевра мхом и побежала, что было мочи.

Сороконожка скрылся во всполохе взрыва, но его братцы и не думали отставать. Несмотря на мои попытки наложить на себя невидимость, видели они меня прекрасно. А, может, чуяли, я не знаю.

Но это ничего – у меня и на них мха хватало. Я отщипывала по чуть-чуть и, уже не глядя, бросала кусочки назад, не отвлекаясь на яркие оглушающие вспышки. Вообще, вспышки – это было хорошо, это было даже отлично. Возможно, один хорошо знакомый мне дракон обратит на них внимание в ночи и прилетит проверить, в чем дело.

К сожалению, все когда-нибудь заканчивается. Даже взрывоопасный магомох.

Сил бежать у меня почти не осталось.

Я споткнулась снова и упала бы, если кто-то меня не подхватил и я почувствовала себя в надежных мужских руках.

– Хэллия! Что здесь происходит?

Но моим спасителем оказался вовсе не Аэлмар, а вампир Элайя Куртоль. Сейчас как поднимемся в воздух – многоножки гадские не достанут. Все-таки крылья – удобная штука, надо признать. И как хорошо, что у плевр крыльев нет! Червяки – они и есть червяки. Рожденный ползать – летать не может, так сказать!

– Эл! Ты как здесь? Хотя неважно! Нет времени объяснять, надо бежать! – выпалила я. – Вернее, лететь! Тут такие дела творятся! Надо к ректору! Доставай крылья и погнали отсюда.

– Ладно, ладно! Только успокойся… – тут же отреагировал вампир и расправил свои огромные кожистые крылья.

Несколько взмахов – и мы поднялись над Черным Бором, оставив братцев многоножек издать пронзительные недовольные вопли. После чего они, поблескивая своими сегментарными телами, быстро поползли обратно. Очевидно, задумали новую гадость. Но мне-то теперь они нипочем! Я в воздухе! Летать – хорошо!

Вот только, пролетев несколько верст, Эл почему-то пошел на снижение.

Не успела я толком ничего сообразить, как мы оказались на той же самой поляне. С кенотафом и вмороженной в него плевровой царицей.

Вампир поставил меня прямо рядом с камнем – аккурат, где я стояла до этого. Как будто и не убегала вовсе…

Вампир…

Да никаким Эл вампиром, на самом деле, не был! А был одним из них. Плевром."

"– Ох, и шустрой ты оказалась, дриада, – проговорил он голосом, в котором я уловила знакомые шипящие интонации. – Не ожидал.

Точно – плевр. Самый что ни на есть натуральный. Даже несмотря на то, что в отличие от остальных превращаться не спешит. А они за ним так и вьются – не нанесли им урона мои моховые бомбочки. Только пламя драконье им страшно, избранного дракона.

Но нету его рядом. Всегда был, а сейчас, когда больше всего нужен – нету.