У меня веревкой были перетянуты промежность и половые губки, и все это дико распухло и стало багроветь, мышцы прямой кишки выперли бутылку сантиметров на пять, между плотно прижатых друг к другу стеклом бутылки и кожей ануса стали проступать капельки крови… Это было жуткое анальное изнасилование, которое отложило на нас обеих жуткий отпечаток.

Прошло две недели с тех пор как нас с Лерой изнасиловали. С тех пор все изменилось. Я не могла смотреть на нее, не чувствуя острого укола боли и ненависти. Как только в памяти всплывал тот ужасный вечер, я начинала задыхаться от тяжести воспоминаний. Я винила ее за все, что случилось. Если бы она не пошла в кусты для справления нужды, если бы мы просто пошли купаться как планировали, все могло бы быть иначе. Мы бы просто покупались и пошли домой потом, и эта ночь не стала бы кошмаром наяву.

Но из-за ее импульсивного поступка искать укромное место для справление нужды наша жизнь превратилась в ад. Они схватили нас неожиданно, как звери, выпрыгнувшие из засады. Я была в шоке, не могла ничего понять или сделать. Все происходило как в замедленном кино, а затем обрушилось на меня, словно лавина, которой не было конца."

"С тех пор я старалась избегать Леру. Каждый раз, когда она пыталась заговорить со мной, я находила оправдание, чтобы уйти. Я не могла смотреть ей в глаза, не могла говорить с ней. Все напоминало мне о том ужасе. Я винила ее и за это, и за то, что из-за ее действий моя жизнь раскололась на «до» и «после». Если бы она просто не пошла туда, если бы мы не пошли на эту проклятую речку, если бы…

Каждый день я заново переживала тот ужас. Ночью не могла спать, просыпаясь от кошмаров, чувствуя на себе тяжелое дыхание и липкий страх.

Мне казалось, что это никогда не закончится. Я винила Леру, но в глубине души понимала, что и она страдает. Только мне от этого не становилось легче.

Я поняла, что так больше не могу. Тот страх, что поселился внутри меня, постепенно пожирал все, что было во мне живого. Я стала тенью самой себя, затворницей в собственном теле.

Тогда я решила пойти к психологу. Этот шаг давался мне нелегко. Я боялась выговорить все, боялась, что меня не поймут, или что боль станет еще сильнее. Но я знала, что нужно что-то делать. Я не могла больше жить, постоянно оглядываясь назад, в тот проклятый день. Я надеялась, что разговор с психологом поможет мне снова обрести себя. Ведь продолжать так жить было невозможно.

Обычная фобия секса

Только после десятого сеанса у психолога я начала ощущать, что тьма, которая окутывала меня с того ужасного дня, наконец-то начала рассеиваться. Эти встречи постепенно вытягивали меня из той ямы, в которую я сама себя загнала.