Поступал я просто. Вызывал двоих ребят и давал им спорное с этической точки зрения дело или несколько случаев, которые, в свою очередь, они уже и разбирали между собой. Главное — подбирать такие, чтобы они сразу не видели очевидного решения. К счастью, в моей прошлой практике их имелось более чем предостаточно.

Заметив, что никто особо не высказал энтузиазма, я ещё раз оглядел аудиторию.

— Ну? Кто? Давайте, ребятки. Не стесняемся.

И по-прежнему никто не потрудился поднять руку. Похоже, что придётся выбирать самостоятельно."

"— Ладно. Тогда выберу сам, — подумав, ткнул в одного из парней.

— Так, Григорьев, ты же вроде в прокуроры собираешься? Вот сейчас и посмотрим на твою приверженность выбранному жизненному пути.

— А можно я…

— Нельзя, Григорьев, — покачал я головой, выбирая следующую жертву. — Нельзя. Так, Дьякова. Ты тоже. Вставай и иди сюда. Прямо на всеобщее обозрение. Давай-давай. Не мнись. Как ты собираешься в зале суда выступать, если перед сокурсниками не можешь? Вот, правильно.

Невысокая брюнетка недовольно поморщилась, но с последним аргументом спорить уже не стала.

Вместо этого она поднялась и вышла вперёд, к уже стоящему перед взглядами собравшихся в аудитории студентов Григорьеву.

— Так, — сказал я, сев в своё кресло. — В этот раз, в отличие от предыдущего, мы поработаем по другому принципу. Если в прошлый раз ваши предшественники выступали друг против друга с разными случаями и пытались доказать неправоту противоположной точки зрения, то сейчас давайте сделаем по-иному. У вас будет один клиент. Считайте, что вы оба его адвокаты…

— Может быть, тогда ему стоит сразу выбрать одного из нас? — тут же предложила Дьякова.

— Ну, знаете, чтобы избежать конфликта интересов и тем самым не нарушать адвокатскую этику и…

— А давай ты не будешь меня перебивать и дослушаешь задание, Алина? — с улыбкой предложил я ей. — Хорошо?

От моего взгляда она заметно смутилась и потупила взгляд.

— Хорошо.

Ну ещё бы глаза закатила.

— Ну хорошо, раз хорошо. Итак, ваше дело. Есть предприниматель. Чтобы придать ему объёма, дадим имя: Игорь Лоскутов. Его обвиняют в картельном сговоре. Согласно материалам следствия, он согласовывал цены с конкурентами для получения контроля над рынком.

Какие именно товары он продавал, сейчас не важно. Важно другое! Ваш клиент полностью отрицает свою вину и настаивает, что его подставили. Каково будет ваше отношение к нему?

— А какое у нас может быть к нему отношение? — тут же удивлённо раскрыл глаза Григорьев. — Презумпция невиновности! Если его вина не доказана, то он невиновен до того момента, пока не будут представлены неопровержимые доказательства обратного.

— Миша прав, — пожала плечами Алина.