А то я вообще думал, что Роман теперь будет сидеть в семейной крепости под охраной. Значит, в шесть на обычном месте. Удовлетворенно сунув телефон в карман, я вдруг задумался над любопытным вопросом.

— Слушайте, а зачем такое лично сообщать? — поинтересовался я у спускающегося передо мной по лестнице секретаря. — Могли бы и просто позвонить, вместо того чтобы ходить сюда. Холодно же.

— Во-первых, Рахманов, я никуда не ходила, — не оборачиваясь в мою сторону, заявила секретарь. — Я работала в этом корпусе, когда получила звонок от ректора. А во-вторых, если вас не устраивает способ, которым Аркадий Ростиславович сообщил вам о том, что хочет переговорить с вами, то вы можете высказать это ему свои претензии при личной встрече.

Я уверена, что ему будет крайне любопытно послушать ваше недовольство его методами работы.

Голос её звучал немного чопорно. Я бы даже сказал — раздражённо. Но вот непосредственного негатива по отношению ко мне я не чувствовал. Скорее лёгкое недовольство человека, которого оторвали от его дела. Ноль процентов осуждения и сто процентов понимания, как говориться. Я тоже не люблю, когда меня отвлекают.

— Да я просто спросил, — пожал я плечами, а затем подумал о том, что она этого даже не видит. Ну и бог с ней.

Словно доказывая свои слова на деле, секретарь дошла со мной до второго этажа и скрылась в коридоре, отправившись, несомненно, по своим важным делам. Ну, а я спустился до первого, вышел на улицу и пошёл в сторону главного здания."

"Похоже, что после того снежного ужаса, который обрушился на город в понедельник, погода решила наконец сменить гнев на милость. Ну, или у неё просто снег закончился. Тоже вариант, так-то.

Главное, что он больше с неба не сыпался бесконечным потоком. Теперь единственным источником неприятностей становилась минусовая температура, которая вкупе с высокой влажностью так и норовила откусить тебе лицо. Какие-то жалкие минус десять ощущались градусов на шесть или семь холоднее. Благо, что идти мне было недалеко.

Дойдя до главного корпуса, поднялся на нужный этаж. А там уже и до ректорской недалеко. Представился одному из секретарей, и меня быстро проводили в кабинет.

Ректор сидел за своим столом, перебирая какие-то бумаги и держа в правой руке чашку с чёрным кофе и рисунком в виде герба университета.

Подняв голову от лежащих на столе документов, ректор посмотрел на меня.

— О, Александр. Хорошо, что ты пришёл так быстро.

То есть, в его понимании я мог где-то ещё и задержаться получив такой вызов? Так что ли?

— Вы хотели меня видеть, Аркадий Ростиславович? — выбросив мысли из головы спросил я.

— Да, проходи и присаживайся, — произнёс он, отставив в сторону чашку с кофе и указав на стул перед своим креслом.