— Действительно ли? Ой ли, Князь. Хочешь сказать, что ты ни разу за всю свою жизнь так и не задумался, чтобы отомстить этим ублюдкам за то, что они сделали с нашей семьей? Око за око?

— Око за око, и весь мир ослепнет, — парировал Князь. — И да, я думал об этом. Но в тот момент, когда я обрёл достаточные ресурсы, чтобы начать претворять свои глупые фантазии в жизнь, от меня уже зависело слишком много небезразличных мне людей. Они зависели от меня, Андрей. И если бы я поддался соблазну, то подставил бы их под удар.

— Трусость, — фыркнул племянник, на что Князь лишь покачал головой.

— Ответственность, Андрей, — поправил он его. — Не стоит путать понятия. И я рекомендую тебе задуматься, против каких людей ты выступаешь… против кого ты уже выступил…

— А не то что? — спросил он. — Что? Будешь давить мне на мораль? Ты? Или на то, что Оля может попасть под удар? Не переживай о ней. Она полностью поддерживает любое мое решение. И она точно так же, как и я сам, хочет отомстить.

Андрей перестал облокачиваться о стойку и подошёл к Князю практически вплотную.

— Видишь ли, в отличие от тебя, я не собираюсь довольствоваться тем дерьмом, которое ты выбрал себе в качестве жизни.

Или той дырой, которую ты приготовил для нас. Или что? Ты думал, что мы с сестрой будем до конца наших дней просиживать задницы на пляже на отшибе мира? О нет.

— Я хотел защитить вас, — повторил Князь. — Потому что, не сделай я этого, вы оба были бы сейчас мертвы. Вы последнее, что осталось от Ильи…

— О, нет-нет-нет, — перебил его Андрей. — Мы последнее, что осталось от рода Разумовских! Уж прости, Князь, но ты не в счёт. Посмотри на себя. Думаю, сам знаешь почему. Убить тебя — всё равно, что раненую собаку добить.

Ни чести, ни удовольствия. У меня же куда более широкие планы.

— Вижу, что ты всё для себя уже решил, да? — хмыкнул хозяин «Ласточки». — Значит, хочешь крови?

— Крови?

Это предположение едва не заставило Андрея рассмеяться.

— Не неси чепухи, — весело фыркнул он. — Кровь — это просто средство. Способ получить то, чего я заслуживаю по праву.

Андрей наклонился, чтобы следующие его слова не смог услышать никто, даже если бы очень хотел.

— Я ведь знаю, почему убили отца, дядя, — чуть ли не насмешливо произнёс он.

— Всё оказалось так просто. Нужно было лишь задать правильные вопросы правильному «человеку». Всего лишь спросить. Так что нет. Я хочу не просто крови. Я хочу получить то, что моё. Фамилия. Положение. Отмщение. Я Андрей Разумовский, дядя. И, в отличие от тебя, не стыжусь своего имени. Не позорю его трусостью, скрывая под жалкой кличкой.

Будь Князь лет на двадцать моложе, он бы ударил его в тот же момент. Будь он моложе и глупее. Но сейчас эти преисполненные бравадой слова вызвали у него лишь разочарование.