Он даже не стал называть Руслана подсудимым или обвиняемым, тем самым показывая, что конфликт исчерпан. Кажется, в этот момент судья едва не рассмеялся. Следующим под его взор попал уже я.

— Защите, вам есть что сказать?

— Есть, ваша честь, — я поднялся на ноги. — Ваша честь, в связи с неожиданно достигнутым примирением между сторонами, мы, как истцы по гражданскому иску против Георгия Жеванова и других указанных в иске ответчиков, официально отзываем свои требования к Жеванову и, опять-таки, другим ответчикам. Подтверждаем, что решение принимается добровольно, полностью осознавая все последствия, и просим суд зафиксировать отзыв в протоколе.

Дальше всё пошло по накатанной. Судья уточнил у наших клиентов, согласны ли они с этими заявлениями, и получив утвердительные ответы приказал секретарю зафиксировать их в протоколе. После чего оставались лишь формальности, а затем…

— Итак, — произнёс, когда мы вновь встали. — Суд, выслушав стороны, рассмотрев ходатайство государственного обвинителя и заявление представителя гражданского истца, установил следующее: уголовное дело в отношении гражданина Терехова подлежит прекращению в связи с примирением сторон и подтвержденным добровольным согласием потерпевших.

Также, гражданский иск, заявленный стороной защиты, отзывается и оставляется без рассмотрения. На основании изложенного суд определил: ходатайство прокурора удовлетворить, уголовное дело прекратить, гражданский иск оставить без рассмотрения. Определение вступает в законную силу немедленно.

Звучный удар молотком по небольшой подставке поставил точку под его словами. Судья слегка кивнул секретарю и, перекрыв лёгкий шум в зале, добавил уже привычной, окончательной фразой:

— Судебное заседание объявляется закрытым.

* * *— Ты сказал, что закопаешь его там! — чуть ли не прошипел ему в ухо Юрий, пока Лев спокойно спускался по лестнице от здания суда. — Лев, ты должен был…

— Я сделал то, что счёл нужным, — холоднее чем обдувающий их ледяной ветер ответил Калинский.

— То, что было нужно? — взвился Шарфин, идя за ним по пятам и не отставая ни на шаг. — То, что нужно⁈ Ты должен был мне…

— Я ничего тебе не должен! — перебил его Лев, резко обернувшись в его сторону.

— Шарфин, я сказал, что поучаствую в твоей затее, а не то, что буду прыгать по каждому твоему слову, как послушная собачка!

Выражение его лица в этот момент выражало такие эмоции, что Шарфин сбился с шага и остановился. Правда, его собственную злость, подогреваемую разочарованием от того, что он не получил то, на что рассчитывал, это нисколько не уменьшило.

— Лев, ты, похоже, забыл, — сквозь зубы процедил Юрий. — Компания моего отца — один из самых крупных клиентов твоей фирмы.