В качестве благодарности за то, что ты для нас сделал. А как ты мне за это отплатил? Пришёл сюда чтобы что?

Андрей кивнул на лежащий рядом с Князем пистолет на полу.

— Чтобы убить меня?

— Если ты не оставишь мне выбора, — выдохнул Князь.

— Выбор? — Андрей едва не рассмеялся. — Поверь мне, Князь, у тебя никогда его и не было. Ты всегда останешься заложником своего положения, как бы ни старался. Даже здесь, когда я лично дал тебе этот «выбор» ты поступил именно так, как я от тебя и ожидал.

Наклонившись ближе, Андрей посмотрел ему в глаза, и только в этот момент Князь с неожиданным осознанием понял, насколько тот походит на Илью.

— Когда живёшь в стеклянном доме не стоит кидаться камнями, — проговорил он. — Иначе узнаешь о том, насколько хрупкие стены тебя окружают.

Поднявшись, Андрей пошёл к выходу, пройдя сквозь распростёртую и начавшую приходить в себя Марию и склонившегося над ней Князя. Но у самой двери он остановился и оглянулся.

— Ах да. Помнишь, я сказал про «предпоследнее предупреждение»? Вот тебе последнее. Если выживешь, больше никогда не вставай у меня на пути. Других шансов я тебе не дам.

Едва эти слова слетели с его губ, как фигура Андрея растворилась в воздухе, развеявшись, будто утренний туман.

— О чём он говорил? — обеспокоенно спросил Михалыч.

— Понятия не имею, но даже знать не хочу, — резко отозвался Князь. — Уходим отсюда.

Он поднял Марию на руки и пошёл на выход. Михалыч помогал Дмитрию, придерживая его под плечо. Они успели дойти до двери и даже выйти в коридор, когда здание содрогнулось от первого взрыва, а его нижние этажи утонули в ярком пламени.

Князь не стал что-либо говорить. Они с Михалычем бросились бежать по коридору в сторону лестницы, когда пол под их ногами вспух и взорвался вихрем обломков.

* * *— Будет жить, — сказал невысокий и сутулый мужчина, снимая перчатки.

Я слышал, как Князь долго и протяжно выдохнул. Так, словно в одном этом жесте скопилось всё обуревающее его напряжение и тревога.

— Как она? — спросил он, на что мужчина, которого звали Рудольфом, поморщился, будто от раздражения. Как объяснил мне Князь, он подрабатывал врачом для людей, выбравших не самый законный образ жизни.

— Я же сказал, — пренебрежительно и выплюнул он.

— Мне надо знать, как она, — рявкнул Князь, поднимаясь со стула и начав угрожающе двигаться в сторону врача. — И если я спросил…

— Я слышал, что ты спросил, — отозвался врач. — И я тебе говорю, что она будет жить. Я приехал вовремя. Промедли я ещё хотя бы пять минут, и интоксикация от алхимии убила бы её. О чём ты думал, когда вливал в неё столько этой дряни⁈

Князь хотел было что-то сказать. И явно сделал бы это очень и очень резко. Да только так и не сделал этого.