Мои вялотекущие мысли возвращаются в летний жаркий день к девочке, что робко убирает челку с моего лба, думая, что я в отключке. Уловил ее запах. Приятный, легкий, немного сладкий. Напоминает какой-то десерт и еще малина… Там определенно присутствовал аромат этой ягоды. Невольно улыбнулся, вспоминая детство. Как мы с Крисом, приехав в Россию вместе с родителями, не могли оторваться от плошек с ягодами с бабушкиного огорода. Она смеялась над нами и ругала отца, что увез маму в чужую страну. Что она ни дочь, ни внуков столько лет не видела. Но отец стойко выдержал все нотации, а еще через год мы окончательно поселились тут. В огромном даже сейчас, а тогда просто гигантском доме. Бизнес отца пошел в гору, и возвращаться во Францию он не захотел. Чему мама была несказанно рада. А мы? Нам лет по пять было, наверное. Единственной проблемой стал языковой барьер, но русскому нас еще там учила мама, потому адаптировались быстро, и, скажу честно, меня обратно не тянет. Хотя по делам бизнеса отца, да и для общего развития в своем, летал пару раз. Не впечатлился. Мой дом здесь. Крис считает так же. От французского происхождения остались только имена, фамилия и смутные воспоминания.

Эта девочка совсем не для меня. Юная, нежная, пугливая, но с характером, если вспомнить нашу первую встречу. Испорчу. Сломаю… Нет. Надо отпустить и не портить ей жизнь.

– Чего ты лыбишься, как кот, обожравшийся соседской сметаны? – в палату вернулся брат и привел с собой врача.

– А что мне плакать, что ли? – картинно огрызнулся и отдался медику для осмотра.

– Что же вы творите, Реваль? Вам лежать нужно не менее недели, а по-хорошему десять дней! Ваш отец сказал, более вас отсюда не выпускать до окончания постельного режима. Грозился прислать охрану, если мы за вами уследить не можем. Но вы же взрослый мужчина!

Только закатил глаза в ответ. Узнаю папочку. Сам вечно занят, зато охрану – это пожалуйста.

– Передайте отцу, пусть идет… В жопу со своей охраной! – отвернулся и услышал, как Крис еле сдержал смех, затем обратился к врачу:

– Извините, он нервный в последнее время. Я разберусь и прослежу, чтобы брат оставался тут.

– Предатель! – буркнул в ответ, не поворачивая головы, но Кристиан о чем-то еще тихо переговорил с врачом и вернулся ко мне.

– Стэф, отец звонил каждый час, пока ты был в отключке. Он улетел на несколько дней. Вернется, ты еще отгребешь от него по полной.

– Плевать. Как мама? Сильно волнуется?

Брат отчего-то напрягся. Вроде бы простой вопрос, но мне совершенно не понравилась реакция, которую он выдал."

"– Я не стал ей звонить, – наигранно бодро ответил этот хреновый актер. – Волновать не хотел. Все же нормально. Отлежишься, увидитесь.

– Крис-с-с! – почти рычу на брата и приподнимаюсь на локтях.