И оттого еще сильнее хочется доказать обратное. В конце концов, любовь к котикам у земных женщин в крови. А уж с крыльями они или без — дело второстепенное.

— Не настраивайте меня на провал, рейн Хэл, — рекомендую я. — Верите или нет, но мне известно, что такое боевой дух.

А как иначе? Плох тот учитель, который не настроен по-боевому. Детишки порой ведут себя похлеще боевых котов. Дашь слабинку и тут же лишишься авторитета.

Хэл недоуменно приподнимает бровь. Разумеется, ничего подобного он не ожидал услышать. Наверное, вообще ждал, что я откажусь от затеи.

— Сати Тамани - дочь сильного мага и механика, — напоминает Бэл. — Кто знает, возможно, у нее и проявятся нужные качества. Да и характер у нее явно лидерский, несмотря на внешнюю хрупкость.

— Если призовет кота, сам возьмусь за ее обучение, — заявляет Хэл. — Но пусть сделает это без объяснений. Следуя зову сердца и инстинкту.

Нормальненько он загнул. То есть я, совершенно ничего не знающая ни о боевых котах, ни об управлении ими, должна сам догадаться, как именно призывать?

Подхожу ближе к загону, в упор смотрю на понравившийся экземпляр.

— Кис-кис-кис… — выдаю так, будто кличу деревенского котика. — Иди ко мне, Мурзик.

Эх, жаль с собой взять ничего не разрешили. Сосиску бы предложить или рыбину. Хотя, судя по размеру котика, такого угощения ему покажется мало. Вот меня проглотить в три укуса — это запросто.

Хэл фыркает и закатывает глаза. Виллин еле сдерживается, чтобы не заржать в голос. И только Бэл продолжает в меня верить.

— Делай то, что считаешь нужным, — подсказывает он. — Помни, животные чувствуют лидера, вожака. Только к такому подойдут.

Ага, значит, я должна не просто приманить кису, но и показать себя хозяйкой положения. Доминантной самкой местного разлива.

— Мурзик, а ну, иди сюда! — приказываю и топаю ногой. — Не подойдешь ко мне, достанешься какому-нибудь воину. Зачем тебе воевать, если можно стать моим помощником? Я и приласкаю, и накормлю, и погулять выведу.

— Типичный образ мыслей сати, — отпускает замечание Хэл. — Да у кошака сражения в крови. Все его прадеды сражались наравне с хозяевами за мир в Аланте. А ты — приласкаю, накормлю… Это же самец, предводитель!

Чтоб ему пусто было. Разве можно говорить под руку такие вещи? Еще и с таким непробиваемым выражением лица. Точно не хочет, чтобы у меня получилось. И вообще, не помню, чтобы мы с Хэлом переходили на «ты».

— Мурзик, к ноге! — командую я. Представляю, что предо мной один из учеников. Переигрываю: — Иначе родителей в школу вызову! Вот получишь двойку за четверть, будешь знать!"

"Странно, но угроза действует. Мурзик недовольно бьет хвостом, но подходит. Обнюхивает меня через решетку загона.

— Что это сейчас было?.. — удивляется Виллин.