Надеюсь, он не повторится, — предложила я.

— Да. Обещаю, — проговорил Казарин.

— Ты загорел. Отдыхать летал? — спросила я, переводя тему.

— Какое там! Работал. У нас контракт с Балийским отелем. А вы Ваньку оставили дома одного?

— С собакой, — хохотнул Артур.

— Собаку завели? Серьёзно? Ребенка вам мало?

Батурин рассмеялся, а я закатила глаза.

— С няней у нас Ваня остался первый раз.

— Ага, Лиза почти в припадке, но держится.

— Отлично держишься, я не заметил припадошности.

Я улыбнулась, но все же отправила смс Лидии. Она моментально ответила, что только уложила Ваню. Все хорошо. Он поел и уснул. Зная мою истеричную натуру даже фото прикрепила. Мне сразу стало легче.

Слава богу, это был не тот прием, который потом перетекает в ночную вечеринку. Уже в десять Артур попрощался со всеми, и мы оправились домой. Он не пил, и сам сел за руль. Мне было тепло и комфортно, но почему то мысли посещают странные.

— Ты совсем не общаешься с родителями? — не выдержала я.

Артур поднял брови, потому что точно не ожидал от меня такого вопроса.

— Иногда. А что?

— Я не могу избавиться от мыли, что мы берем на себя слишком много ответственности, полностью лишая их общения с Ваней.

Артур даже повернул голову, чтобы взглянуть на меня.

— Они собирались сделать то же самое с тобой, Лиз. Ты забыла? — напомнил он тут же.

— Знаю, да. Но ведь это не повод быть такими, как они. Я прожила в их доме полгода, и хоть Агния меня не любит, но Ваню она обожала. Это невозможно изобразить. Я точно знаю, что она его любит. Сейчас, наверно, очень переживает.

— Боже, Лиза, мы говорим о моей матери, которая своей любовью вырастила монстра. Ты оправдаешь ее что ли? Я не могу понять. Сама ведь сбежала.

— Да, сбежала. Но теперь мы можем все контролировать. Ваня вряд ли оценит, если мы лишим его живых бабушки и дедушки. У меня ведь никого больше нет, Артур. Родственники для тебя пустое слово, но почему Ваня тоже должен быть одиноким?

— У него есть мы, — не сдавался муж.

— И бабушка с дедушкой тоже есть. Кажется, я не против, чтобы они общались. Под моим присмотром разумеется.

— Разумеется, под присмотром, — нехотя согласился Артур, акцентируя на этом внимание. — Не знаю, зачем тебе это, но я могу позвонить матери. Наверно, она обрадуется.

— Ты говорил, что мы все полетим в Москву скоро. Думаю, это будет подходящий случай."

"Артур кивнул. Мы молчали до самого дома. Я понимала, что он злится, но слова назад брать не стала. Уже в гараже, заглушив мотор, муж провел ладонью по лицу и сказал:

— Ты невероятно добрый человек, детка. После всего дерьма, что с тобой случилось, ты осталась чистой и светлой. Как Батурины не отравили тебя своим дерьмом? Я не перестаю удивляться.

Я положила голову ему на плечо, радуясь, что не слышу в голосе раздражения или злости.