– Боюсь, леди судит всех по себе и считает, что если она уже проснулась, то весь дворец должен поступить также, – с неприкрытым ехидством протянул Суарес.

– Утренние прогулки полезны для здоровья, – ядовито парировала кобра, – странно, что целителю вашего уровня нужно это объяснять.

– Неужели? – ничуть не смутившись воскликнул Ортега. – Никогда не слышал о подобном!

Тихонечко прыснув, открыла двери и выглянула в коридор, чтобы Тереза не смогла после заявить, что в комнате меня не было, а голос доносился из магографа. Но не успела я ничего сказать, как Суарес добавил:

– Впрочем, речь не об этом, а о вашей настойчивости, переходящей все границы, – от слов целителя глаза леди Балтимер опасно сузились, и на миг мне показалось, что по коридору растеклось змеиное шипение, – я сразу сказал, что принцессе вечером было нехорошо. Она выпила эликсир от головной боли и попросила не будить её до обеда.

Ложь Суареса идеально совпала с моей. Я действительно просила слуг не заходить утром, хотя и подозревала, что Терезу это не остановит.

– Как старшая фрейлина, я несу ответственность за принцессу...

– Поверьте, на главном лекаре императорской семьи лежит куда большая ответственность, – перебил её Ортега.

– Вы...

– Довольно! – воскликнула, пресекая дальнейшие споры. – От ваших криков у меня снова начинает болеть голова.

– Я немедля осмотрю вас и приготовлю новую порцию эликсира, – Суарес почтительно поклонился мне, а я наконец заметила стоящее напротив двери кресло. Похоже целитель дежурил здесь всё утро, поддерживая моё алиби.

Помощь Ортеги согрела душу ласковым весенним солнышком, я едва сдержала улыбку и чудом не вышла из образа злой, болезной аристократки."

"– Леди Балтимер, вы свободны, – я отступила в сторону, пропуская Суареса в комнату. – И впредь, не будите меня на рассвете, если я об этом не прошу.

Голос звучал хлёстко и уверенно, после манёвров в лабиринте я готова была лично пришибить фрейлину и всех её сообщниц, так что недовольство отыграла весьма правдоподобно.

– Как прикажете, Ваше Высочество, – по красиво очерченным губам женщины скользнула безмятежная улыбка. Змея слишком быстро отступила. Это настораживало...

Поклонившись, она развернулась на каблучках, и шелестя шелками поплыла в сторону лестницы. А я задумчиво опёрлась плечом о дверной косяк, провожая её взглядом и рассматривая замысловатые узоры на золотом кимоно.

Тереза долгие годы работала послом в Вэрселии. Вернувшись в столицу, она не изменила своему стилю и продолжила носить роскошные кимоно вместо пышных платьев, и заплетать волосы в сложные, высокие причёски, украшая их драгоценными цветами, расписными гребнями и цепочками.