Наконец, зам генерального директора покаянно произнес:

-Ну, пойми ты, Степанова, нет у нас другого варианта! Нет!! Либо красивая, но полная дура, либо умная, но страшна, как семь смертных грехов! А у тебя все нормально - и ум есть и сама ничего так! А мы тебе премию выпишем! В размере двух месячных окладов!

И сам зажмурился от такого аттракциона невиданной щедрости. Я задумалась. Деньги нужны, это верно, у тети Кати сапоги на ладан дышат, я хотела сменить свою потертую (в некоторых местах только!) шубейку, да и сапоги на весну не мешало бы. А отпуск… да и черт бы с ним, все равно никуда нынче не собиралась, коплю деньги на автомобиль. В общем, махнула я рукой, написала заявление, сурово предупредила зама, что завтра пойду в бухгалтерию получать премию.

Мне велели завтра пройти медосмотр в нашей ведомственной медсанчасти. Понятно, все с этой пандемий носятся, с коронавирусом, ладно, пройду, какие проблемы.

Пока убирала свои вещи в столе, пока чистила комп от ненужной инфы, а нужную скидывая себе на флешку, чтобы не пролюбить инфу, если что... В общем, на служебный последний автобус я опоздала. Придется ждать теперь трамвай, который раз в час вечером ходит на комбинат, потом тащиться от остановки до дома почти полчаса… не ходит он до нашего Богом забытого квартала. Но делать нечего, прогуляюсь, сегодня пока ещё не слишком холодно.

Почему-то по вечерам у нас в городе ходили только старые вагоны трамвая, по которым давно страдал Вторчермет. Днём шустро бегали по городу современные, низкопольные вагоны, с широкими проходами, прорезиненным покрытием на полу, с мощными тепловыми пушками. А вечером вот эти музейные экспонаты, жутко гремящие всеми металлическими частями, с лязгом открывающимися дверями, насквозь промороженные. Где тепло только в закрытой кабине вагоновожатого, а кондуктор одета в ватные штаны и такую же куртку, где под ее высоким креслом имеется хоть какой-то обогреватель."

"По поводу позднего времени в вагоне было всего несколько человек, кондуктор мирно дремала, трамвай несся по рельсам, нещадно гремя. Я протёрла на заледеневшем окне дырочку пальцем, пытаясь увидеть свою остановку, уф, кажется моя! Выйдя на остановке, вздохнула с облегчением - на улице было теплее. И пошла к себе домой. Идти было не страшно - и освещение везде работало, и машины ППС постоянно мелькали, да и компании молодежи ещё гуляли. Я шла и размышляла о перипитиях своей судьбы. Да, мисс Госнефть... А ведь год назад я считала себя почти миссис... Все начиналась как самый романтичный девичий роман, продолжилось мелодрамой с элементами бытовой прозы, а закончилось плохой комедией.

С Толиком я познакомилась на студенческом осеннем балу, когда училась на втором курсе нашей техноложки, то есть, Технологической Академии.