Уже в обед Синеглазка разбудил меня громким стуком в дверь.

– Пора на отработку, – произнёс он с улыбкой.

Вздохнула и нахмурилась.

– Ну, я же не виновата…И вообще, вы что меня, как свою невесту, прикрыть не можете?

– Нет. Я же пообещал, что поблажек не будет. И ещё просил не ввязываться ни во что.

Захлопнула дверь перед его носом и отправилась собираться. Вот ведь бесчувственное создание. Нет в этом некроманте ничего человеческого. Вообще, подозреваю, что у него в роду были представители не мёртвой расы. Слишком идеально выглядит после бурного распития алкоголя и ночи в тюрьме.

Но как бы я ни сердилась и не ворчала при сборах, нужно было идти и отрабатывать. И так уже на заметке у деканов и ректора. Иначе ведь опять отправят в самое неприглядное место на практику. Эх, жизнь моя, тяжкая! И почему мне так «везёт»?"

"Декан с улыбкой конвоировал меня к месту сбора остальных провинившихся – к ректорату. Довольный руководитель академии с улыбкой крокодила обвёл взглядом нашу компанию. Я внутренне содрогнулась. Что на этот раз они придумали? Какие экзекуции нам светят?

– Проступки нужно отрабатывать, – бодро начал ректор, – Сегодня вы будете подготавливать академию к прибытию ваших товарищей!

Сколько же торжественности было в его голосе.

Он словно отправлял нас на последний бой с врагом. Агния рядом протяжно вздохнула. Парни кручинно опустили головы.

– Остатки уничтожать, что ли? – тихо спросила я, чем, естественно, вызвала смешки со стороны товарищей по несчастью.

Синеглазка прикрыл глаза и сжал переносицу. У ректора перекосило лицо.

– Дель Эмэй!

Я сделала шаг вперёд.

– Вы вообще… в своём уме?

Кивнула.

– Даром ментального воздействия не обладаю, поэтому только в своём и нахожусь.

К сожалению, или, к счастью, мне не известно.

Александр Александрович вдыхал и выдыхал крайне возмущённо. Я закусила губу, чтобы скрыть улыбку. Синеглазка прикрыл глаза рукой, а Николаша покашливал в кулак.

– Выдайте им швабры, тряпки и ведра. Пусть отмывают академию без бытовой магии! – ректор развернулся и исчез в кабинете.

Дмитрий Александрович покачал головой.

– Лучше бы вы молчали, Софья.

И я себе это повторяю довольно часто. Но, к сожалению, это не помогает.

Язык мой – враг.

Деканы показали нам фронт работы, завхоз выдал рабочий инвентарь, и мы приступили к работе. Вначале дело продвигалось очень хорошо. Девушки мыли витражные окна, парни отмывали стены, а совместно мыли полы. К обеду отмыли весь четвёртый этаж. Ну, вернее, к ужину, учитывая наше позднее пробуждение.

А вот после плотного перекуса работать стало сложно. На животике натянулась кожа, и глаза стали смыкаться. Плюнув на всё, мы решили продолжить завтра. Всё же у нас в запасе есть ещё пять дней.