Так рассказывала Ираида Сергеевна Нежинская. Получается, что речь шла ни много ни мало о четырнадцати миллионах. Зеленью. Нехилая сумма, что тогда, что сейчас. Если бенефициаров было действительно трое, то получается по четыре с половиной миллиона баксов на каждого.
– Ну, совершенно не факт, что они делили деньги поровну, – мудро заметила Полянская. – Думаю, что как минимум с простачком Корниловым, который рисковал больше всех, обошлись бы довольно цинично. Вот только, скорее всего, никакого дележа не произошло вовсе.
– Почему вы в этом так уверены?
– Да потому, что в номере моей родной газеты «Курьер» от 14 ноября 2000 года я прочитала небольшую заметку о том, что на квартиру Андрея и Ираиды Нежинских было совершено разбойное нападение.
– Что-о-о-о???
– Ну, в начале двухтысячных это было обыденностью, – Полянская пожала плечами. – Криминальные разборки с применением физического насилия, пыток и всего подобного продолжались где-то до 2008–2009 года. Я и сама хорошо их помню, на мой журналистский век тоже хватило.
– И на этом основании вы делаете вывод, что Нежинский не поделился со своими подельниками?
– Да. Делаю. Что-то искали. Что-то более дорогое, чем бриллиантовые цацки мадам Нежинской и пара тысяч долларов. И об этом «чем-то» Нежинская наотрез отказывалась говорить. Таких совпадений не бывает, Владимир Николаевич.
– Пожалуй, соглашусь. И кто, по-вашему, были эти налетчики?
Полянская пожала плечами.
– Это могли быть люди, нанятые Корниловым и Ветюковым, чтобы получить свою долю.
Признаться, Радецкий не понял, что она имеет в виду.
– Почему?
– Да потому, что накануне своей смерти Ираида Сергеевна Нежинская спускалась вниз, в ларек за пирожками к чаю, и вернулась оттуда крайне взволнованная. Так же рассказывала вам ее соседка по палате.
– Она из соседней палаты, – машинально поправил Радецкий.


















Комментарии
Добавить комментарий